Книга Дочь врага. Мой сладкий грех, страница 8 – Наталья Шагаева

На самом деле это тоже не совсем правда... Я давлю на жалость, да.

Но на войне все средства хороши.

Довлатов задумывается.

Ну давай, соглашайся. Иначе я разочаруюсь в себе как в актрисе. А папа говорит, у меня талант и по мне плачет Большой театр.

— Ладно, иди. Я чуть позже подойду. Сделаю пару звонков.

Выходим из машины вместе. Вадим прикуривает сигарету, а я с довольной улыбкой прохожу в здание. Я тебя сделаю.

Генеральный прогон начался, мы на сцене. Через пять минут мой выход, а Вадима нет. Настроение стремительно падает.

Обманул?

— Лиз, минута осталась, встань на позицию.

Мой выход подаётся на крутящейся сцене, я вливаюсь в танец девочек, выезжая из темноты, и солирую. Ухожу на базу, прекращая следить за залом.

Закрываю глаза. И вместо того, чтобы отдаться танцу, думаю о том, какой Довлатов сволочь.

Сцена медленно поворачивается. Всё, я в зале. Встала в позу. Раз, два, три. Софит на меня. Начинаю танец, входя в ритм музыки. Проход вперед. Ищу глазами Вадима. Да, он здесь. Сидит на четвёртом ряду поодаль от всех. Всё, теперь я в норме. Раскрепощаюсь, отжигаю, отдаваясь по полной. Ухожу вниз, замираю в позе на полу, пока девочки дополняют мой танец, обыгрывая его. Дышу рвано, в такт музыке, нахожу глазами Вадима и начинаю двигаться, не отрывая от него взгляд.

Да, смотри на меня. Я лучше всех женщин, которые у тебя были. Я могу быть твоей.

По телу разливается волна жара, оттого что Довлатов смотрит на меня, не отрываясь. И его дыхание тоже сбивается, как и мое. Фрейм ап – не просто танец. Это секс, да. Но это очень красивый и тонкий секс. Без вульгарщины и похабщины. Это заводит. Когда я танцую, я всегда немного возбуждена. Этот танец нельзя танцевать по-другому. Иначе не передашь эмоцию. Механические движения и техника никого не цепляют. Нужны эмоции. И сейчас меня распирает от них, как никогда, потому что всё внимание Вадима приковано ко мне. Я почти в космосе. Танцую так, словно никого нет. Есть только он и я.

Хочу, чтобы Вадим пришел на наше шоу, где я не в простых шортах и топике. Где на мне боди, черный капрон и агрессивный макияж. Последний штрих моего танца – взмахиваю волосами и тут же на надрыве прижимаюсь грудью и щекой к паркету, а бёдра поднимаю вверх. Несколько движений бёдрами, замираю. Дыхание рвется, но я ловлю глаза Вадима. Несмотря на то, что зал в полумраке, я вижу, как дёргается кадык Довлатова.

Да! Ему понравилось.

Сцена со мной разворачивается, скрывая меня, шоу продолжается, но я успеваю увидеть, как Вадим встает с места и быстро выходит.

Не понравилось?

От досады накатывают слезы.

Поднимаюсь, чтобы быстро уйти в туалет. Мне нужна сигарета.

Тебя даже это не цепляет во мне? Всё настолько безнадежно?

Не верю. Не хочу верить. Я лучше всех. Разве он не видит?

— Лиз, — меня ловит Костик, наш звуковик. — Ты чего?

— Ничего, — утираю слезы, пытаясь обойти парня.

— Что-то не получилось? Миленка нарычала?

Милена наш хореограф и постановщик. И она может, да, нарычать за косяки. Но у меня не было косяков.

— Нет, всё нормально. Пыль с пола в глаза попала, — лгу я, обхожу его и скрываюсь в туалете.

Выхожу из студии через час. У нас был еще один прогон и разбор полетов. Шоу состоится через два дня. Мне хочется посмотреть Вадиму в глаза и спросить, что ему не понравилось. Пусть скажет мне в глаза. Но Вадима я на парковке не нахожу. Меня ждет Дима. Его взяли в охрану, когда ушел Денис, который забрал из нашей семьи Нелли.