Книга Должница, страница 41 – Наталья Шагаева

Намеренно долго моюсь, намывая тело. Потом сушу волосы и наношу молочко на кожу. Прислушиваюсь. Тишина. Надеваю белый халат, не зная, как еще протянуть время.

Вздрагиваю, когда металлическая ручка двери дёргается.

Кусаю губы.

Стук в дверь, словно колотят по сердцу.

Замираю.

— Открой! – по ту сторону раздаётся требовательный голос.

Подхожу к двери, но не решаюсь открыть. Да, это страшно. Но… Я ненормальная, меня возбуждает страх, всплески адреналина несут ненормальное удовольствие. Господи! Это хотя бы лечится?

— Лена, если ты сейчас не откроешь, я снесу на хрен эту дверь! Открой!

По голосу… Нет, по агрессивному рыку слышу, что Белов не шутит. Он действительно это сделает. Он вообще не умеет шутить.

— Лена!

Зажмуриваюсь, кода раздаётся грохот, словно Белов вколачивает кулак в дверь. Кровь разгоняется, переливаясь по венам с бешеной скоростью. Кидает в жар, руки дрожат.

Поворачиваю замок…

А дальше все происходит почти молниеносно: дверь рывком открывается, меня хватают за полы халата и грубо вытаскивают в комнату, кидая на кровать. Вскрикиваю, когда приземляюсь на спину, и тут же начинаю отползать назад, вжимаясь в мягкую спинку.

Белов молчит, сжимая челюсть. Заведённый, в ярости, слишком возбужден, чтобы пощадить. Глаза почти чёрные, нечитаемые. Глотаю воздух, вжимаясь в спинку кровати, и не могу оторвать от Родиона взгляд. Его хищная агрессия завораживает. Он останавливается возле кровати, осматривая меня, задерживаясь на вздымающейся груди. А потом также молча начинает раздеваться. Слежу, как он расстегивает рубашку, снимает ее, откидывая в кресло. Сглатываю, когда его сильные ладони расстегивают ремень, затем ширинку…

Мне бы отвернуться, но я пристально смотрю, как Родион снимает брюки, отправляя их к рубашке. Следом за брюками он спокойно снимает боксеры. Невольно кидаю взгляд на его достоинство. Сглатываю. Белов уже возбуждён. И это его возбуждение угрожает мне муками. Он большой.

— Что я обещал тебе за твой язык? – он настолько холоден, что я покрываюсь мурашками. – Снимай халат и иди сюда, – указывает на край кровати. Качаю головой, туже затягивая пояс. Обстановка накаляется, что-то очень тяжёлое повисает между нами. От Родиона исходит очень темная аура. Он на грани. Тут два варианта: либо я прогибаюсь, либо он сам меня ломает. Этот паук не умеет уступать. – Ты это сделаешь, – зло ухмыляется.

Вновь качаю головой.

— Нет. Я не делаю минет. Извини, – нервно усмехаюсь. Белов забирается на кровать, нависая надо мной, кидает мне предупреждающий взгляд. Грубо убирает мои руки, дергает пояс халата, раскрывая его. Плотоядно рассматривает мою грудь.

Пытаюсь вывернуться и сбежать, но Родион вжимает меня в кровать.

— Даже не пытайся! – рычит. Хватает за талию и резко разворачивает меня спиной. Тянет за бедра, вынуждая прогнуться и поднять попу, надавливает на спину, вжимая лицом в подушки.

— Нет! – выкрикиваю, уже, скорее, на адреналине. Но не сопротивляюсь. Секс неизбежен. Белову нужно выплеснуть накопившиеся агрессию и ярость. Я знатно его раздраконила. Ну и я сама слукавлю, если скажу, что меня насилуют. Мое тело в предвкушении. Да, мне страшно, у меня давно не было мужчины, а такого жесткого вообще никогда. Это все равно что дразнить хищника. Понимаешь, что опасно, но на азарте не можешь остановиться.