Книга Бойся тишины, страница 62 – Роберт Брындза

— Грот находится примерно в тридцати футах от входа, в конце тоннеля.

Последний раз, когда мы ныряли, был жаркий летний день, но даже тогда холод пробрал меня до костей.

Я изучала лицо Эрика. Он по-прежнему хмурился, мрачно глядя на меня.

— Кто-то упорно охотится за этим, так? – спросил он, беря ключ и вертя его в руке. – Они вломились в твой дом. Пытались тебя убить. Когда стемнеет, будет меньше шансов, что они нас заметят. Поэтому безопаснее погружаться ночью. У меня есть фонари и направляющие канаты^[15].

Это его «они» не на шутку напугало меня.

— Нет, если делать это, то прямо сейчас, – возразила я и попыталась вспомнить, говорил ли когда-нибудь Уилл о том, что спрятал в пещере. Может, как-то намекал?

Когда ему вообще пришла в голову идея разместить там винные бутылки? Во время одной из наших поездок на юг мы попробовали просекко, выдержанное на морском дне. Это было шесть или семь лет назад, до того, как мы построили этот дом. У меня остались по-настоящему счастливые воспоминания об ужине в ресторане на берегу, на фоне заката. Но были ли мы в тот момент счастливы оба? Или Уилл уже тогда вынашивал какой-то план?

Поглощенная этими мыслями, я пропустила вопрос Эрика мимо ушей и рассеянно уставилась на него.

— Ты правда считаешь, что, открыв этот замок и выяснив, что там спрятано, окажешься в большей безопасности? – повторил он.

— Я надеюсь, что почувствую себя в большей безопасности и получу ответы. Иначе зачем бы Уиллу все это делать?

Эрик пристально смотрел на меня.

— А что, если это то, о чем тебе не хотелось бы знать? Что, если Уилл совершил что-то плохое?

— Мне нужно выяснить правду, какой бы ужасной она ни была, – отрезала я.

* * *

В четыре часа дня, когда солнечный свет медленно угасал, мы, в гидрокостюмах и с баллонами за спиной, спустились по ступеням на берег. Я уже и забыла, какие они тяжелые, но с ними было не так страшно идти в воду. Надевая снаряжение, я почему-то почувствовала себя уверенней, словно, отправляясь на битву, облачилась в доспехи.

Отлив обнажил узкую полоску пляжа – около шестнадцати футов песка и гальки. Последние несколько ступеней, которые подтопляло во время прилива, теперь были покрыты слоем зеленой тины и водорослей. Мы двигались осторожно, чтобы не поскользнуться на склизкой поверхности. Ряд невысоких скал и валунов выстроился у подножия утеса в виде идеальной подковы, повторяющей форму нашей маленькой бухты. Послышалось шуршание скатывающейся по склону гальки. Подняв глаза, я увидела стайку голубей, гнездившихся среди суккулентов и чахлых пальм, растущих на скалах.

— Ненавижу голубей, – буркнул Эрик, проследив за моим взглядом. Я заметила, как его передернуло. – Думал, за пределами английских городов они перестанут меня доставать.

Мы пробирались по мокрому песку, усеянному мусором, нанесенным штормом: смятыми пластиковыми бутылками, выцветшими банками из-под колы и обрывками потрепанных канатов.

Пляж заканчивался скоплением валунов, ведущим на вершину соседнего утеса, и я пошла первой, карабкаясь по бахроме из водорослей. Щербатая поверхность камней позволяла время от времени нащупывать надежные точки опоры, что облегчало подъем. К счастью, выше по склону вилась неровная тропинка.

Она заканчивалась на небольшой прямоугольной площадке на скалистом выступе над пещерой. Я посмотрела вниз. В летние месяцы мы несколько раз видели, как с этой крошечной платформы прыгали дети. Обрыв был около тридцати футов, но с этого ракурса и из-за бурлящего моря он казался выше.