Книга Мечты, присыпанные пеплом, страница 112 – Наталья Андреева

Ибрагим внезапно рухнул на ковер и забился в судорогах. Телли закричала от ужаса.

— Лекаря! – крикнула Кёсем-султан. – А ты – вон отсюда! – прикрикнула она на Телли. – Стража! Уведите ее! Немедленно!

Султана Ибрагима еще не скоро привели в чувство. С этого момента он уже собой не управлял.

* * *

Софу Мехмед-паша был скорее напуган, чем доволен. Дворец Топкапы неприступная крепость, там полно охраны, пушек и пороха. Войти-то он туда войдет, а вот выйдет ли живым… Успокаивало Мехмеда-пашу лишь то, что Валиде теперь тоже в Топкапы. И она управляет ситуацией. Поэтому сначала он направился к Кёсем-султан. И прихватил с собой командиров из янычарского корпуса в качестве охраны.

Валиде была взволнована и, похоже, совсем не спала. Власть правящей династии висела на волоске. Ибрагим или малолетний Мехмед? Примут ли Кёсем-султан в качестве регента визири Дивана? Шейх-аль-ислам и улемы? Народ? Она рассчитывала на Софу Мехмеда-пашу и обрадовалась ему:

— Проходи, паша. Что скажешь?

— Я… Ахмед-паша… Его теперь зовут хезарпаре… Они разрубили его на тысячу кусков… Толпа. – Голос главного визиря дрогнул. Он страшно боялся, что и его может постигнуть та же участь.

— Ахмед-паша был трусом, вором и изменником, – сурово сказала Валиде. – Ты немедленно вступишь в должность. Иди к моему сыну и выскажи ему требования янычар, сипахов и этих… Лавочников… – поморщилась Кёсем-султан. – Прикажи немедленно отменить все глупые налоги. На соболя, на все желания этой несносной Телли, которой Ибрагим все время потакал. Скажи, что султан должен развестись с вертихвосткой, которую народ ненавидит. Она должна уехать отсюда в Старый дворец.

— Но Валиде… Она ведь беременна.

— Этот ублюдок сдохнет, как только родится! – закричала Кёсем-султан. – Я сотру даже память о нем и его матери! Если Ибрагим не расстанется с ней, он умрет!

Уж кого она и в самом деле ненавидела, так это девчонку, которой заставили служить дочерей султана. Которая назвала главную женщину империи тварью и выжила из дворца. Девчонку безмозглую, недостойную звания хасеки и любви падишаха. Кёсем-султан поклялась, что уничтожит ее.

— Хорошо, Валиде-султан. – Мехмед-паша поклонился и попятился к дверям. – Как скажете…

Визири Дивана ждали султана. На их лицах было торжество: наконец-то! Ненавистного Ахмеда-пашу разорвали на клочки! Хезарпаре-паша. Главный визирь из тысячи кусочков. Бесславный конец.

— Дорогу! Султан Ибрагим хазретлири!

Выглядел он плохо. Неустойчивая психика, искалеченная еще в раннем детстве, не выдержала потрясений. Ибрагим собой не владел. Сев на трон, он взглядом отыскал Софу Мехмеда-пашу. Кивнул:

— Приблизься. Говори.

Новый главный визирь невольно втягивал голову в плечи, пока шел к трону. Перед тем как подойти к султану, Софу Мехмед-паша обернулся на стоящих у дверей янычар. Свою охрану.

— Повелитель, я готов изложить вам требования восставших.

Ибрагим слушал молча. Казалось, он смирился, и ничто его не трогает. Но едва султан услышал «Телли», как сонное оцепенение с него сошло.

— Чего они хотят?! – он встал.

— Вы должны развестись с Хюмашах-хатум.

— Вор! – кинулся султан на главного визиря. – Предатель! Бунтарь! Схватить! Казнить немедленно!

Мехмед-паша заорал: обезумевший падишах вцепился ему в бороду. К ним кинулись янычары и визири Дивана. Завязалась драка. Сила была на стороне большинства, поэтому Мехмеда-пашу удалось отбить. В сопровождении охраны он вышел во двор и стал пробиваться к воротам.