Книга И на небе есть Крест, или Ловушка для падающей звезды, страница 43 – Наталья Андреева

— Какая? — тупо спросил охранник.

— Серебристая «немка»!

— На стоянке, где ж еще?

Он подумал, что с машиной разберется потом, сначала надо наказать самозванца, и ринулся в ресторан. На входе поймал удивленный взгляд швейцара:

— А вы разве еще не здесь?

— Теперь здесь!

Краснов кинул ему на руки замшевый пиджак и рванулся к стеклянным дверям, за которыми был виден целиком заполненный зал. Ева наверняка сидит за любимым столиком у окна. Едва он вошел, как увидел: да, она там. И тут же из-за ее столика поднялся мужчина с такой же прической, как у него, в темных круглых очках, и пошел к противоположным дверям. Настоящий Николай Краснов заколебался: куда бежать? За самозванцем? К ней? Дернулся было в одну сторону, потом резко развернулся в другую. Ну, поймает он парня, и что? Разве запрещается носить такую же прическу и такие же очки?

Быстрыми шагами Николай направился к Еве. Она сидела, меланхолично глядя в окно и покалывая соломинкой коктейль: гонялась за одинокой маслиной, то прижимая ее ко дну и стенкам, то отпуская. Дурацкая привычка.

— Ева!

Она чуть повернула голову в его сторону: да?

— Кто это был?

Бывшая жена пожала плечами.

— Ева! Я понимаю, что охранник поверил в эту глупую статью, но ты-то прекрасно знаешь, что никаких пластических операций я не делал! Кстати, почему ты не сказала журналистам, что это неправда? Ева! Да сколько можно молчать!

Он сказал это слишком громко, несколько человек обернулись. Как интересно! Семейная сцена звездной пары! Два месяца в разводе, а все отношения выясняют! Он взял себя в руки, буквально рухнул на стул, придвинувшись к ней, и прошипел прямо в розовое ухо:

— Я не знаю, что с тобой сделаю.

Ева побледнела, зрачки у нее расширилась. И вдруг заговорила:

— Я знаю. Ты можешь.

— Что могу? — оторопел он, услышав от бывшей жены сразу два законченных предложения, пусть даже и не распространенных.

— Убить.

— Кто это был? — хриплым голосом спросил он. — Что он тебе сказал?

Но Ева снова замолчала. И он перешел на монолог:

— Я не знаю, что этот человек хочет, но мне это не нравится. Он приезжает сюда на бывшей моей машине, разговаривает с бывшей моей женой, пугает ее, заставляет меня нервничать. И я никого не убивал, это полная чушь. Ты хотя бы можешь сказать, чего он хочет?

— Ничего, — выдавила из себя Ева.

— Тогда зачем он выдает себя за меня? И кто заказал ту глупую статью?

— Фонарин.

— Что-о?

— Шоу.

— Он это сделал, чтобы подогреть интерес к шоу? Ну, знаешь!

По крайней мере все, что могла, она сказала. И это правда, потому что все внимание прессы, адресованное Еве, с непонятным упорством оплачивал Фонарин, и даже после ее замужества. Не слишком ли для бывшей любовницы? Или она для него что-то большее?

— Ева, почему?

— …?

— Что у тебя за отношения с Виктором Петровичем? Я не дурак. Бывшим любовницам не делают с таким упорством карьеру. Если бы между вами все кончилось еще тогда, когда мы с тобой только-только поженились… Я понимаю! Вы меня использовали! Как ширму использовали! Все это время ты с ним… Ты…

«Замолчи!» Кричать она не умела, просто сделала красноречивый жест, плеснув ему в лицо недопитый коктейль.

— Дурака из меня делаете! Рогоносца! Ты, моя жена, спишь с денежным мешком!

Только тут он вспомнил, что два месяца назад они с Евой официально развелись. Все уже кончено, зачем скандалить? Он вытер лицо и оглянулся. За соседними столиками замерли. Они с Евой тоже помолчали.