Книга И на небе есть Крест, или Ловушка для падающей звезды, страница 47 – Наталья Андреева

— Я не хочу никакого шоу.

— Поздно. Машина запущена.

— Остановите.

— Не могу. Здесь не только мои деньги вложены. Большим бизнесом в одиночку не занимаются, тут много людей завязано. Народ за рекламу проплатил, а ты знаешь, сколько стоит минута рекламы на телевидении? Более того, я хочу, чтобы ты принял участие в этом шоу. Живая легенда.

— Не слишком ли я молод для живой легенды?

— В самый раз. У кого жизнь длинная, у кого короткая. Вдруг завтра ты за рулем заснешь от усталости да в столб врежешься или кому-то твои песни не понравятся? Настолько не понравятся, что парень возьмет и…

— Вы что, мне угрожаете?

— Я тебя, Коля, люблю. Как сына. Только ты этого не оценил. Звездная болезнь, да? «Буду делать то, что хочу, а не то, что советуют умные люди».

— Я уехать хочу.

— Да хватит уже! Слышали! Чуть что, сразу уехать! Исчезнуть, слиться с природой, нюхать цветочки, бабочек ловить. Тебе сейчас кажется, что это хорошо. Но ты даже не представляешь, каково это, когда ты все равно будешь песни писать и петь будешь, только никто этого не услышит, кроме козочек и коров. И говорить об этом не будут. А ты привык, что говорят. Все равно придут другие. Жизнь так устроена, пустоты не терпит. Незаменимых людей нет. И тебя можно заменить, и меня. Более того, на наши с тобой места желающих предостаточно. Просто тебе сказочно повезло, твой путь к славе оказался легким, вот ты и дуришь, Коля.

— Легким?!

— Да, легким. Ну, лабая в ресторане, встретил Леву Шантеля, Лева привел тебя ко мне. Эве ты понравился, она до сих пор за тебя просит.

— Вот, значит, кому я обязан…

— И ей тоже. Но ты пороги не обивал, в переходах не сидел с пустой шляпой, не пережил тот момент, когда всем на тебя наплевать, все мимо проходят. А ведь ты бы сразу сломался. Если бы в тот день Лева в ресторан не зашел, через пару месяцев кончился бы твой энтузиазм. И не было бы никогда знаменитого певца Николая Краснова. Был бы просто Коля Краснов, самый обычный парень, страшно завидующий тем, кому в жизни повезло.

— А ребята? С которыми я начинал?

— А что ребята? Где они теперь?

— Не знаю. Но вы утверждаете, что они неудачники.

— А ты поинтересуйся, поинтересуйся. Ты, Коля, везунчик, да, видно, судьба такая. Нужен был Господу твой дар и песни твои, видать, нужны, потому и поспособствовал. А сколько вас таких талантливых по России бродит? А?

— Значит, этот эпизод в ресторане, когда не меня Николаем Красновым выбрали, был не случайным. Вы, Виктор Петрович, решили меня жизни поучить.

— Я вижу, что с тобой дрянь происходит. Фанатов своих не любишь, а зря. Это, Коля, деньги, живые деньги. А ты что творишь?

— Ничего я не творю.

— Это тебе так кажется. Нельзя от людей бегать, если они тебя хотят. Надо им отдаться.

— Я не публичная женщина.

— Да ну? Ишь ты, оскорбился. Ладно, пустой разговор. Иди-ка ты спать.

— На ночь оставляете? После того, что наговорили?

— А что я тебе наговорил? Ты еще не знаешь, как пугают. А я вот знаю. И если с тобой такое случится, ты помни, к кому пойти.

— Обойдусь как-нибудь, — поднялся Краснов. — Где моя комната?

— Наверху. Первая от лестницы, там дверь приоткрыта. Найдешь, я уж тебя провожать не стану.

— А где Ева?

— Кто ее знает? Девушка молодая, свободная. Гуляет где-то, развлекается.