Книга Нежеланная гувернантка снежного князя, страница 108 – Алекс Скай

— Хорошо.

Он посмотрел на неё долго, потом подошёл и сунул ей в руку сложенный лист.

— Это карта.

— Куда?

— От ворот до старого дерева за нижним склоном. Если волки придут снова, они пойдут туда.

Алиса раскрыла лист не полностью, только увидела тонкие линии, нарисованные детской рукой, и чёрную отметку у края.

— Зачем мне?

— Чтобы вы не ушли совсем не туда.

Голос у него был ровный. Слишком ровный.

Алиса сжала лист.

— Спасибо.

— Не благодарите. Карта плохая.

— Почему?

— Я рисовал быстро.

— Значит, будет честная.

Он отвернулся.

— Уходите уже. Пока Мира не придумала запереть вас в шкаф.

Мира подняла мокрое лицо.

— Можно?

— Нельзя, — сказала Алиса.

— Чуть-чуть?

— Нет.

— Тогда я вас не прощаю.

— Имеешь право.

— Но буду ждать.

— Это тоже имеешь.

Леди Берта проводила Алису до комнаты.

Не Марта. Не стражник. Именно Берта.

В комнате уже лежал дорожный плащ, тёплые перчатки, небольшой мешок с хлебом, сыром, сухими ягодами и флягой воды. Без лишних вещей. Без княжеской роскоши. Всё практичное, нужное, продуманное.

— Это вы? — спросила Алиса.

— Дом, — сказала Берта.

— Дом собирает дорожные мешки?

— Если у него есть управляющая с руками.

Алиса взяла плащ.

— Вы ведь всё ещё считаете, что я принесла беспорядок.

— Вы и принесли.

— Простите.

— Не за что. Порядок, который не выдерживает правды, всё равно долго не живёт.

Берта подошла к столу и положила на него маленький белый ключ.

Алиса узнала его не сразу. Потом поняла: ключ от серебряной двери детского крыла. Или очень похожий.

— Зачем?

— Это не от галереи. От старой калитки у нижнего сада. Через главные ворота вас проводит стража Савеля. Через сад — мои люди.

— Вы помогаете мне сбежать?

— Я помогаю вам уйти так, чтобы вернуться было труднее запретить.

Алиса взяла ключ.

— Леди Берта…

— Не благодарите. Я не люблю, когда люди тратят время перед дорогой.

Управляющая повернулась к двери, но задержалась.

— И ещё. Если встретите белого волка с рваным ухом, не пытайтесь поклониться.

— Почему?

— Волки этого не ценят.

— А что ценят?

Берта посмотрела на неё через плечо.

— Тех, кто не врёт, когда боится.

Алиса вышла из комнаты уже не госпожой Вейр.

И ещё не совсем собой.

Коридоры замка были почти пусты. Видимо, Рэйнар распорядился убрать лишних людей — или леди Берта сделала это без распоряжения. Вдалеке звучали голоса Совета. Они спорили, требовали, записывали, решали, как назвать её уход: изгнанием, временной мерой, признанием вины или уступкой ради порядка.

Пусть называют.

Иногда слово, написанное в протоколе, ничего не знает о сердце, которое несёт его через тёмный сад.

У нижней калитки её ждал Марта.

— Я думала, вас не пустят, — сказала Алиса.

— Меня никто не спрашивал.

Служанка поправила на ней капюшон.

— Там снег глубокий. Идите по правой стороне тропы, где кусты. Под снегом камни, но они ровнее.

— Марта.

— Не надо.

— Спасибо.

Служанка всё-таки всхлипнула.

— Я же сказала, не надо.

Алиса обняла её быстро. Марта сперва застыла, потом крепко сжала её в ответ.

— Вы вернётесь? — прошептала она.

— Буду искать путь.

— Плохой ответ.

— Сегодня у всех он вызывает недовольство.

Марта отстранилась и вытерла лицо рукавом.

— Идите, пока я не начала причитать, как кухарка.

Калитка открылась тихо.

За ней была ночь.

Снежная, синяя, глубокая.