Книга Нежеланная гувернантка снежного князя, страница 38 – Алекс Скай

Он ответил не сразу.

— Если цепи выйдут из ящика, ваша птица первая убежит.

— Она трусливая, но преданная. Вернётся с подмогой.

Мальчик тихо хмыкнул.

Это был лучший конец дня, на который Алиса могла рассчитывать.

А утром замок проснулся чужим.

Не громким. Нет. Снежный дом не любил суеты, даже когда её приходилось изображать. Но в коридорах стало слишком много шагов, слишком много приглушённых голосов, слишком много людей, которые не знали детских правил и не собирались им следовать. Слуги переносили свечи, белые ветви, ткани цвета инея и глубокого синего неба. В большом зале открыли ставни, и холодный свет лёг на пол так ровно, будто его вымеряли для торжественного суда.

Марта пришла к Алисе раньше обычного.

— Госпожа, леди Берта просит вас спуститься в малую гардеробную.

— Детей уже разбудили?

— Нет. По вашему распорядку ещё рано.

В голосе Марты прозвучала тихая гордость, будто само существование распорядка, который кто-то в этом доме вынужден был учитывать, казалось ей маленьким чудом.

Алиса заколола волосы и взяла серый платок.

— Что в гардеробной?

Марта опустила глаза.

— Платье.

— Для меня?

— Для приёма.

Алиса остановилась.

— Какого приёма?

Служанка сделала вид, что поправляет складку на подносе, хотя никакого подноса сегодня не принесла.

— Зимний приём перед Советом. Приехали лорд Савель, леди Орлана с дочерью, двое старших родичей из Белых Высот, управляющий южными землями, ещё несколько гостей. Не сам Совет, только приветствие. Но дети должны показаться.

— Дети должны показаться, — медленно повторила Алиса.

— На несколько минут.

— Кто решил?

— Дом решил давно, госпожа. А люди только делают вид, что обсуждают.

Это становилось привычкой: самые страшные вещи в этом замке говорили тихо, почти бытовым тоном.

— А платье при чём?

Марта посмотрела на неё с неловкостью.

— Вам велено присутствовать при детях.

— Как гувернантке?

— Как прислуге при детях.

Алиса поняла ещё до гардеробной.

Но всё равно, когда леди Берта развернула перед ней платье, внутри поднялась горячая неприятная волна.

Платье было тёмно-серым. Не простым — хуже. Нарочно простым. Без отделки, без мягкой линии, из грубой плотной ткани, больше похожее на форму старшей служанки, чем на одежду гувернантки. К нему прилагался узкий белый фартук и чепец, который Алиса сразу захотела отправить в камин.

Леди Берта держала платье так, будто сама не получала от этого удовольствия.

— Приказ лорда Савеля, согласованный с распорядителями приёма.

— Лорда Савеля? Не князя?

— Его светлость занят прибывшими родичами.

— Удобно.

Берта чуть поджала губы.

— Не делайте этого сложнее, чем есть. На приёмах важны места. Князь — во главе зала. Дети — рядом с родовым знаменем. Гувернантка — при детях, но ниже по положению. Если вы встанете как равная, это вызовет вопросы.

— А если меня поставят как служанку, вопросов не будет?

— Будет нужный ответ.

— Какой?

— Что вы временная.

Вот теперь всё встало на место.

Не просто унизить Алису. Не просто показать ей границы. Показать двору и детям: женщина, которая заставила столы двигаться, двери оставаться открытыми, а князя слушать, — никто. Временная фигура. Серое пятно у стены. Её можно не учитывать.

А значит, дети не должны привязываться.

Алиса провела пальцами по грубой ткани.