Книга Возлюбленная Верховного Бестиара, страница 154 – Марина Эльденберт

— Клянусь защищать и беречь эту женщину, как самое дорогое в жизни, – произнес Богдан, – клянусь ограждать ее от бед и хранить ее покой и благость. Клянусь, что сделаю все, чтобы ты была счастлива, Алина.

— Клянусь оставаться с тобой даже на грани Бездны, – тихо произнесла Алина. – Клянусь быть светом в кромешной тьме и в большом счастье.

Она могла бы всего этого не говорить, потому что ее поступки говорили сами за себя.

— Клянусь любить так горячо, как умею.

И почему в этот момент ему представилось совсем не то, что должно представлять в храме? Алина слегка закусила губу перед тем, как продолжить, а его всего обожгло.

— Клянусь каждый день делать тебя счастливым, Богдан!

Он надевал ей кольцо в каком-то полузабытье, а вот ее тонкие пальчики, касающиеся его руки, почувствовал всем своим существом. Но вздохнуть смог лишь когда откинул фату, чтобы поцеловать нежные, бесконечно желанные губы.

С одной-единственной мыслью: как пережить предстоящее застолье и бал и дождаться вечера?

Алина

Следующей зимой

— Мам, мама! Пойдем наряжать елку?

Я приложила палец к губам: Коля только что заснул, а зная характер маленького будущего бестиара, оставалось только догадываться, какое представление наш с Богданом сын устроит, если его разбудят.

— Ты еще не наряжалась? – с улыбкой спросила я у дочери.

Мне кажется, в этом дворце не осталось елки, к которой бы она не приложила руку. Слуги просто с ума сходили: боялись, что она случайно упадет с лесенки или разобьет какой-нибудь шарик или колокольчик и порежется, но моя дочь с завидным упрямством участвовала во всех наряжениях.

Вот и сейчас Снежана тряхнула кудряшками и надулась:

— Ну ма-а-ам! Он же все равно спит!

— Это не значит, что ему не нужно мое внимание.

Самой ревнивой среди детей (предсказуемо) оказалась эта белокурая бестия. Она быстро взяла в оборот и отца, и братьев, и вообще изо всех веревки вила. Кроме меня, разумеется.

— Тогда ты можешь пойти с нами в зал и просто посмотреть!

— С нами?

— Да, Мирон и Матвей тоже хотят!

— Хорошо. Сходим все вместе, – я устроила малыша в колыбельке, поцеловала в носик и, дождавшись няню, направилась по коридорам туда, где наряжали очередную елку. На сей раз это оказался бальный зал, и я порадовалась, что пошла со Снежаной. Будет кому удержать маленькое веретено, если она вздумает напроситься цеплять верхушку. Слуги по понятной причине ей отказать не могли, а вот я…

Пока дети крутились вокруг елки, прибежала Даша. Помимо того, что моя сестра училась в Талминбургской академии, она помогала мне работать с нулевиками. Мое предположение оказалось верно, и, благодаря тому, что Богдан доверял мне как себе, этим полностью занималась я.

Всем: начиная от разработки сдерживающего артефакта на первых порах, блокирующего возможность раскрывать разрывы, и заканчивая обучением появляющихся изначальных. У меня самой времени на академию не было, зато были учителя по всему, чему я только пожелаю.

Я и во времена Михаила не прохлаждалась, но за этот год дополнительно освоила два заграничных языка, а еще попробовала себя в музицировании. Поняла, что это не мое, и отказалась от идеи научиться владеть клавишными. Снежана восприняла мое «поражение» с радостью, надеясь, что ей тоже не придется продолжать учиться этому дальше, но здесь ее ждало разочарование.