Книга Собственность Верховного бестиара, страница 76 – Марина Эльденберт

— Ты такая, Алина… – произнес он.

— Какая?

— Невероятная, – убирая прядь с моего лица, Богдан снова коснулся меня. Словно ему безумно, каждое мгновение хотелось меня касаться.

Моя сумочка лежала на противоположном сиденье, и я не удержалась. Потянулась за ней, достала зеркальце, чтобы посмотреть, что же во мне такого невероятного. И охнула. Прическа не пережила того, что мы творили, куча прядей вырвались на свободу. Какие-то обрамляли лицо, какие-то просто на него падали, какие-то стелились локонами по шее. На которой алело клеймо его поцелуя, а еще у меня были совершенно шальные глаза и припухшие губы.

— Да… невероятная, – вырвалась у меня со смущенным смешком.

— Моя. Ты настолько моя, Алина, насколько даже представить себе не можешь.

Вот здесь не поспоришь, правда. Любому, наверное, сразу станет понятно, чем мы тут внутри занимались. Я принялась судорожно запихивать пряди в прическу, помогая себе шпильками, но тут же остановилась. Чем я тогда прикрою его метку у себя на шее?

Вместо того, чтобы продолжать, я начала вытаскивать шпильки, освобождая волосы, чем рассмешила Богдана.

— Смущаешься? – почему-то невыносимо довольно произнес он, улыбаясь.

Вот смешно ему!

— Нет, – буркнула я. – Просто не хочу выглядеть так, будто упала с сеновала, а тормозила головой!

Богдан рассмеялся, а я развязала ленту, которая была аксессуаром на моем запястье. Перехватила распущенные локоны, выпустив длинную прядь со стороны самого заметного нашего проявления страсти. Глянула в зеркальце и удовлетворенно кивнула.

Правда, мне это не особо помогло. Потому что когда карета затормозила во внутреннем дворе, а слуга распахнул дверцы и поставил лесенку, в точности в такую же магическую карету садилась семья Верховного: Катерина, девочки и сам Михаил. Верховный стоял у своей лесенки, когда Богдан помог мне спуститься, и побагровел от злости. Особенно когда Богдан взял меня за руку и переплел наши пальцы.

Дядю он поприветствовал холодным кивком, но тот не ответил. Мы уже прошли мимо, а я все еще чувствовала черный давящий взгляд. Наполненный Бездной, он врезался мне в спину кинжалом. Даже когда я услышала шум отъезжающей кареты, все равно продолжала чувствовать его на себе.

Незаметно, не сказать чтобы легко, но экзамены остались в прошлом. Это не могло не радовать, а еще безмерно радовало то, что в академии с нового учебного года меня по-прежнему ждут. Да и встретили меня там гораздо лучше, чем в родной деревне: взгляды и шепотки, конечно, были, но такой откровенной неприязни я не встретила. Больше того, девчонки меня обступили с расспросами – мол как там, во дворце Верховного? А что подают на завтрак? А на балах ты уже бывала?

Пришлось их немного разочаровать: рассказать я могла разве что про завтраки, да и то про те, которые у нас были с Богданом, на завтраках Верховного (слава Пресветлому) я не бывала, на балах тоже. Да их и не устраивали еще ни разу, сезон начинается осенью.

— Зато должен же быть бал, посвященный вступлению нового Верховного в должность! – воскликнула Асия, ее волосы, цветом как кора дерева, сверкали на солнце медью. – Мы читали, да и говорят об этом везде. Ты пойдешь?

Кажется, их совершенно не смущали разговоры со мной и расспросы такого рода. Только Марика зло смотрела на нас от дальнего окна, не решаясь подойти.