Книга Собственность Верховного бестиара, страница 81 – Марина Эльденберт

— Кавальер Олег Петрович Дворжецкий и его дочь, бестиари Анна Олеговна Дворжецкая.

Не в силах поверить услышанному, он обернулся. Пожалуй, чересчур резко.

Поймал взгляд Анны и замер.

Алина

Богдан переменился в одно мгновение. Только что рядом со мной был заботливый, любящий мужчина, для которого не существовало никого, кроме меня – я это не столько понимала, сколько чувствовала. И вот сейчас я почувствовала, как рука под моими пальцами стала каменной, а сам он словно не мог оторвать взгляда от вновь прибывших.

Девушка, которая пришла на бал вместе с отцом, была красива. Очень. Огненные волосы, как живое пламя, убраны наверх. Легкое платье цвета сирени оттеняет светлую кожу, драгоценности подчеркивают ее статус. Глаза большие, и ее взгляд держится за Богдана, будто она не с отцом сюда пришла, а с ним.

Бестиари с отцом спускаются по лестнице, она отводит взгляд, и на их пути возникают Михаил с Катериной. Их я выцепила из толпы первыми, потому что не ощущать на себе этот хищный тяжелый взгляд было просто невозможно. Но сейчас мне становится не до Михаила, потому что Богдан, по-прежнему стоя рядом со мной, произносит:

— Нам надо подойти. Поздороваться.

Я не отвечаю, потому что в горле неожиданно пересохло, а огромный зал, по-летнему светлый, не утяжеленный даже дворцовой роскошью, неожиданно словно сжимается. Стены начинают давить, вокруг разом будто становится темнее. Чем ближе к ним мы подходим, тем сильнее колотится сердце, словно я прохожу какой-то путь невозврата.

Мне хочется остановиться, хочется попросить его не ходить к ним, но я понимаю, что не имею права. Во-первых, на нас и так все смотрят, мы скандальное событие. Во-вторых… во-вторых, они явно знакомы, и знакомы очень хорошо. Настолько хорошо, что не поприветствовать их Богдан счел дурным тоном, а стало быть, я не имею права ему мешать.

Объявляют еще гостей, но с этими Михаил с Катериной общаются так, будто они их родственники или особые гости. Может быть, так и есть? Родственники? Кем может быть эта девушка? Им? Плевать на них. Кто она для Богдана? Я украдкой смотрю на него, пока расстояние не сжимается до крошечного, но его взгляд темный, непроницаемый, а лицо каменное.

— … не передать, как я рада, что вы приняли наше приглашение, – доносится голос Катерины, она, кажется, абсолютно искренна. Даже плоский рот, вечно сжатые губы сейчас меняются, уголки чуть поднимаются кверху. Впрочем, тут же опускаются, стоит подойти нам. Такой ее видеть привычнее, но от тревоги это все равно не спасает.

Потому что Михаил разворачивается к нам, и меня накрывает его взглядом. Там не просто Бездна, там Бездна Бездн, в которой обретешь не вечное забвение, а вечные муки. Ощущение перебивает пожилой бестиар, отец Анны. От него, в отличие от Михаила, не исходит такой яростной злости, да от него вообще злости не исходит. Он, напротив, кажется удивительно светлым, как бы мне ни хотелось этого признавать. Насколько может быть светлым бестиар.

— Богдан, – усмехается он в усы. Полностью седые. – Рад тебя видеть, парень.

— Олег Петрович. Бестиари Анна. – К моим собственным ощущениям добавляется ощущение неловкости, явно исходящие от Богдана, а в сердце отдает раскаленным жалом. Потому что он касается хрупкой, затянутой в перчатку, руки девушки губами, и целует ее.