Книга Спасая Винсента, страница 30 – Джоан Фернандес

— Студенты-художники часто копируют классические полотна, – снисходительно заметил Рольф. – Так они учатся, дорогая моя. Постигают мастерство.

Вдова вспыхнула, но ее голос звучал ровно.

— Мне это известно. Мой деверь не раз обращался к классическим сюжетам.

— По крайней мере, он восхищался достойными мастерами. «Буссо» имела честь продавать подлинные работы Делакруа. Вот кого можно назвать истинным художником! Его отец был министром иностранных дел, а позже, во время Великой революции, – послом Франции. Большинство работ Делакруа посвящено историческим событиям. Он писал классические батальные сцены. И разумеется, библейские сюжеты. Возвышенные. Вдохновляющие, – отчеканил Рольф, закрывая тему.

Он снова достал карманные часы и с изумлением обнаружил, что прошел целый час. Что ж, он потратил достаточно времени. – Боюсь, я должен попросить вас удалиться. – Партнерам он, конечно, расскажет, что она была на грани слез и благодарила за сочувствие. Пусть оценят его участливость. – Вам пришлось нелегко. Полагаю, скоро эти выставки завершатся?

— В декабре запланирована прощальная выставка в гаагском «Пульхри Студио»^[13]. И еще одна – в амстердамском «Арти».

Рольф кивнул, но уже перестал ее слушать. Провинциальные художественные общества – не более чем клубы для дилетантов. Значимы только парижские вернисажи.

— Вы испытаете облегчение, когда это наконец закончится. Вам едва ли полезно так часто напоминать о муже.

— Почему все считают, что я должна забыть Тео? – с неожиданной резкостью спросила она. – Совсем наоборот, я как раз стараюсь его помнить.

Опешив от несвойственной даме вспышки возмущения, он замешкался с ответом, но она уже поднялась и протянула ему руку.

Застигнутый врасплох, Рольф собрался было почтительно склониться над ее рукой, но ее маленькая ладонь уверенно сжала его пальцы в энергичном рукопожатии.

— Вы были необычайно щедры на пояснения. Мне нужно успеть на поезд. – Пока он торопливо обходил стол, мадам Ван Гог ловко набросила пальто себе на плечи. – До свидания, месье.

Йоханна выскользнула из галереи, прежде чем он успел найти достойный ответ. Выпучив глаза, Рольф наблюдал, как закрывается дверь.

Он все равно отказался бы продавать картины ее деверя, но его задело, что она даже не попросила о помощи. Лишила его удовольствия от отказа.

Нарушив утреннюю тишину, с лестницы донеслись приглушенные, но гневные голоса, словно туда залетела целая стая встревоженных птиц. Йо поставила поднос с едой у двери постояльца и бросилась вниз, обратно на кухню.

— Ты портишь завтрак моему внуку! – матушка Ван Гог размахивала большой деревянной ложкой, заняв позицию между бурлящей кастрюлей ячменной каши и Кухаркой, которая стояла, расставив ноги и подбоченившись как часовой.

— Думаете, я не умею кашу варить? Да я с детства готовлю. Была единственной девочкой в семье с десятью здоровенными братьями-работягами! – фыркнув, она рванулась за ложкой. Свекровь ловко увернулась и шлепнула Кухарку по руке.

— Матушка! Кухарка! – Йо вклинилась между ними.

Свекровь занесла ложку еще выше, точно хотела компенсировать свой небольшой рост.

— Десять братьев! Теперь понятно, отчего твоя каша на вкус как земля!

— Матушка! – Йо вырвала ложку у нее из рук. – Я же говорила, кухня – владения Кухарки. Вы у меня в гостях. – Она отправила Кухарке извиняющийся взгляд поверх головы свекрови. – А гостям полагается держаться от кухни подальше.