Книга Шантаж и другие соблазны, страница 38 – Кири Т.

Когда она наконец переводит дыхание, улыбка остаётся на её лице, теперь более мягкая.

— Я так давно не смеялась… Ещё до того… — она замолкает, взгляд затуманивается. Потом прочищает горло. — Давно это было.

Здесь кроется история. Я знаю, что у Уиллоу есть прошлое. Знаю, что за ним тянется травма. Но она не продолжает, а я не настаиваю. Если захочет, если почувствует себя в безопасности, расскажет сама, со временем.

Голос мой звучит хрипло:

— Впервые за долгие годы я не чувствую, что прячусь. Спасибо за это, Уиллоу.

Она резко смотрит на меня, внимательно, словно пытаясь прочесть что-то. На миг Стрип размывается, шум, неоновые огни, всё исчезает. Остаются лишь она в моих носках, я с её туфлями в руках и эта острая, опасная тяга, что стягивает нас всё туже.

Я чувствую в Уиллоу что-то знакомое — и, кажется, она видит то же во мне. Серую зону. Боль. Тоску. Тень прошлого, от которой большинство бежит. Я вижу это в ней. Но я не хочу бежать. Не хочу отводить взгляд.

И по тому, как она смотрит на меня… Думаю, она тоже не боится темноты.

— Ты совсем не такой, каким я тебя представляла, Сейнт Шейд, — просто говорит она.

— Если бы я был предсказуем, то был бы никудышным фокусником, — улыбаюсь я.

Впереди показывается её дом, чуть в стороне от улицы, с гирляндами, мягко светящимися вдоль перил крыльца. Тёплый, обжитой, совсем не похожий на мой пентхаус-мавзолей. На долю секунды я позволяю себе представить, каково это — переступить порог, стать частью чего-то подобного.

Уиллоу замедляет шаг, когда мы подходим к ступеням, ведущим к её входной двери. Тишина между нами тяжёлая, плотная, такая, что её можно разрезать кинжалами. Пульс стучит громко, отдаётся у меня в горле. Я хочу её поцеловать. Чёрт, как же я хочу её поцеловать.Хочу схватить за талию и целовать так крепко и глубоко, чтобы завтра всё ещё ощущала этот поцелуй. Это желание заставляет моё тело непроизвольно наклоняться к ней.

Она смотрит на меня, её губы чуть приоткрыты. Я не упускаю момент, когда её взгляд скользит от моих глаз к губам. Она задерживает его там надолго — и ей не нужно слов, чтобы я понял: она тоже думает о поцелуе. Неоновый свет со Стрипа окрашивает её скулы в розовый и голубой. Воздух между нами раскалён добела.

Сердце грохочет в груди, когда я наклоняюсь ближе — настолько, что чувствую аромат её духов сквозь городской смог и пыль. Но тут я вижу это. Мимолётная искра.

Это не равнодушие. Не отказ. Что-то другое. И это хуже. Потому что я не понимаю, как это связано со мной. В её глазах стыд. Она замыкается в себе. В ней виден страх.

Я останавливаюсь. Отступаю. Потому что, если бы настаивал, даже чуть-чуть, был бы таким же, как все те мужчины, которых она убила.

Вместо этого я растягиваю губы в улыбке и тихо, с насмешкой, произношу:

— Увидимся скоро, Кошечка с Кинжалами.

Её глаза расширяются от удивления. Я не настаивал. Не просил большего. И я вижу, как стыд на миг превращается в облегчение, прежде чем её взгляд сужается. Она использует сарказм, как щит.

— Спасибо за билет на твоё шоу, Шейд. Ты такой щедрый.

Я ухмыляюсь, как самонадеянный мерзавец, которым и являюсь. Миссия выполнена — напряжённый момент разряжен.

— Когда захочешь посмотреть, как я полуголый болтаюсь под потолком, принесу билет.