Книга В поисках дома, страница 80 – Валентина Бёрнс

Без их просьбы Хоуп начала плести паутину исцеления и любви в их одиноком маленьком мире. Вошла в их орбиту, неся с собой легкость и смех. Руби стала лучше спать и есть, а всю свою энергию шестилетнего ребенка направила на творчество и значимые занятия.

Гейб уже давно не знал такого покоя. Он доверял Хоуп дочь и знал, что Руби в надежных руках. За последние несколько недель он чувствовал себя более счастливым, чем за последние годы, и будь он проклят, если это его не удивляло.

Потеряв двух самых важных женщин в своей жизни, он убедил себя, что полюбить кого-то снова — слишком рискованно. Достаточно и страха потерять Руби. Желание открыться любви к другому человеку, которого он мог лишиться, казалось глупым.

Он уже это проходил. И это было отстойно. Оба раза.

Но он не мог помешать своим чувствам к Хоуп перерасти в нечто большее, чем влечение, и тот факт, что она только что свела их к не более чем физической потребности, раздражал его.

Сбросив одеяло, он надел джинсы и вышел из спальни. Остановился в темном коридоре, не зная, что именно собирается делать, когда услышал тихий стук. Наклонив голову в сторону входа, он услышал его снова. Тихий стук во входную дверь.

Зная, что это мог быть только один человек, он бросился к двери и дернул ее как раз вовремя, чтобы увидеть, как Хоуп повернулась, чтобы уйти.

Она замерла, как олень, пойманный в свете фар, а затем медленно повернулась к нему лицом. На ней были крошечные пижамные шортики, демонстрирующие ноги длиной в милю, и шелковая кофточка, облегающая ее изгибы и ясно подчеркивающая, что на ней нет бюстгальтера. Светлые волосы ниспадали по плечам свободными соблазнительными волнами.

Все его тело поразило ответной реакцией. Она выглядела, как его ожившая фантазия, даже, несмотря на то, что смотрела на него так, словно не знала, стоит ли ей повернуться и бежать или остаться и запрыгнуть на него. Он голосовал за последнее. Она выглядела чертовски нервной, настолько, что ее трясло. И только тогда, когда его взгляд скользнул по ее обнаженным рукам, он увидел ленту светящихся в темноте презервативов, свисающую с ее пальцев. Тех самых, которые валялись на полу перед ее квартирой, вывалившись из сумочки в тот дождливый день несколько недель назад.

Господи, ему конец.

«Это была большая ошибка», — подумала Хоуп.

Огромная. Громадная. Гигантская.

Гейб стоял в дверях в одних лишь джинсах с низкой посадкой. Его пресс был твердым, как камень, волосы взлохмачены, а глаза выражали сильную тревогу.

Его взгляд, наконец, оторвался от презервативов в ее руке, и снова встретился с ее глазами.

— Хоуп, что ты делаешь?

Отличный вопрос. Что она делала? Она действительно не знала. Все, что она знала, это то, что она перестала ворочаться в своей пустой кровати, где чувствовала только все больший жар и возбуждение, думая о Гейбе и о том, как мог бы закончиться их вечер, но не закончился.

Она не могла выбросить из головы его последний поцелуй. Его слова снова и снова звучали в голове. Ей не нравилось, что они оставили разговор незавершенным, на более чем язвительной ноте. Ей не нравилось, что она позволила ему поверить, что их влечение — всего лишь легкомысленная физическая потребность.

Оно было нечто большим. И прежде чем она успела передумать, она пришла сюда и стояла с презервативами в руках, желая… Чего? Извиниться? Запрыгнуть на него?