Книга Жестокая любовь мажора, страница 68 – Маша Демина

Я понимаю, что улыбаюсь, слишком поздно, потому что Багиров ловит мою улыбку, а в его холодных глазах загорается что-то очень глубокое и… теплое.

— А говоришь — без подарка, — уголок его губ слабо поднимается, и мое давление опять грозит скакануть выше нормы.

Я-то надеялась, что они на самом деле просто готовили сюрприз для тренера, а свидание было лишь отвлекающим маневром. Вот засранцы!

Вдобавок к уже созданной атмосфере до нас еще доносится музыка с дискотеки, усиливая романтический вайб.

Мне хочется заглянуть за каменную секцию, чтобы посмотреть, какой за ней скрывается вид. Но я не слишком высокого роста, поэтому мои попытки приподняться на цыпочки и что-то рассмотреть, не приносят никакого результата.

Я слышу, как Багиров приближается, а потом и чувствую, что он сократил между нами расстояние.

Мне становится катастрофически мало воздуха, несмотря на то что мы так высоко, а вокруг нас сосновый бор. И все же мне этого недостаточно, потому что парень за моей спиной сейчас действительно напоминает пантеру, которая крадется к своей жертве. Но я по-прежнему не оборачиваюсь. Хотя напряжение вокруг становится настолько осязаемым, что я могу его потрогать.

Мое тело покалывает, когда я ощущаю позади себя его присутствие. Все мои эмоции настолько яркие, что мне становится страшно. Их слишком много. И почему-то этот страх не имеет ничего общего с опасностью, от которой мне бы захотелось сбежать. Нет. Ничего такого. Я хочу остаться. И узнать, насколько сильно эти чувства смогут пустить в меня корни.

Если честно… я скучала по таким эмоциям. Живым и кружащим голову, как маленькие пузырьки игристого. И, наверное, уже пора покончить со своей трусостью и наконец выяснить: нужно ли мне давать шанс тому, что было настолько важным несколько лет назад.

При очередной попытке подпрыгнуть и заглянуть в окошечко, Багиров ловит меня за талию и, подняв, усаживает на выступ между секциями.

Визг застревает в горле.

Сердце екает в груди, и я не знаю от чего больше: от высоты, от картины, которая открывается перед глазами, или оттого, что Багиров продолжает меня придерживать за бедра.

Это… это похоже на разряд электричества, проникнувший под кожу от его прикосновения и наполнивший меня теплом, которое заставляет щеки вспыхнуть. Слишком реальное, чтобы отрицать.

— Спасибо, — шепчу я застенчиво от неловкости, волнения и предвкушения. — Вид просто потрясающий.

Илай ничего не отвечает. А я, не зная куда деть руки, поправляю разрез на платье и избегаю возможности посмотреть на Багирова.

Он так близко, что я чувствую глухие удары его сердца у моего бедра, которое прижимается к его твердой груди, другое покрывается мурашками оттого, что на нем лежит рука Илая, придерживая меня.

Но я стараюсь не зацикливаться на этом, иначе окончательно растаю. А я и так туго соображаю. Поэтому, чтобы выиграть немного времени для передышки, отвлекаю себя открывшимися видами.

Лагерь как на ладони, и даже видна сцена диджея и украшенная фонариками и флажками танцплощадка. На ней с десяток маленьких точек, двигающихся в такт музыке.

— Меня больше устраивает другой вид. — Его глубокий тихий голос отзывается во мне эхом.

Я не поворачиваюсь к нему и после этих слов. Потому что знаю: он говорит обо мне. Я чувствую, как Илай испытывает меня взглядом. На физическом уровне. И как бы я ни пыталась не обращать на это внимания, странные ощущения от нашей близости захватывают меня полностью.