Книга Поцелуй на три счета, страница 39 – Женя Май

В благодарность за помощь, но на самом деле как часть плана, Алина приглашает его на пикник, который они со Светой запланировали ещё в прошлую пятницу, когда о фамилии Буйкова Стрекозкина даже не слышала.

И последняя, третья вещь:

Не превращайся в отражение парня. Бегай, играй в футбол, да хоть стань фанаткой, но не бросай свой парашют. Ему интересна ты, а не его копия.

Пикник – это то, что интересно Алине. Она приглашает Кирилла присоединиться и разделить её увлечение. В этот третий пункт входит и её увлечения. Её главным хобби всегда было одно – быть первой. Ну, или бросать себе вызовы, расширять границы возможного. Ей самой порой становилось страшно от того, на что она способна ради победы. Кто знает, вдруг теперь её стихией станет бег?

А вот дома Алину ждёт сюрприз - пустой кухонный стол. Желудок хоть и получил батончик, но его так просто не обмануть. Она стоит, облокотившись плечом о косяк двери и думает, как среагировать. Приготовить самой? Или узнать, в чём дело. Как раз мама появляется в коридоре.

— Ма? – она осматривает маму в джинсах и красной футболке. – Куда-то собралась?

— Мы собрались. Ты если что готова? – теперь мама придирчиво оглядывает спортивную одежду дочери.

— К чему? – затаивает дыхание Алина. Губы сами растягиваются в улыбке.

— Мы идём в кафе, - решив, что и так сойдёт, она делает знак рукой и марширует к входной двери.

Алина тотчас бежит за ней. А вдруг передумает. И какая муха её укусила? Однозначно волшебная!

В кафе пахнет соевым соусом и чем-то сладким. Может, вафлями. Или теми дошиками, которые обожает Алина, но мама называет их «химией». Сегодня мама заказывает сама. Суши с лососем, роллы с огурцом, что-то острое, чего Алина не пробовала. Вы это слышали? Сама! Без Алининых подсказок.

— Ты чего? – спрашивает Стрекозкина, когда официант принимает заказ и уходит.

— Ничего, - мама поправляет наполовину выпавшую салфетку из деревянной салфетницы на столе. – Просто захотелось.

— Просто захотелось суши? – прищуривается Алина. – Ты их терпеть не можешь. Ты говорила, что сырая рыба - это для экстремалов.

— Себе я заказала рис с курицей. И с перцем.

— Ты не ешь перец.

— Сегодня попробую.

Алина смотрит на маму. Та сегодня другая. Не уставшая. Не с телефоном в руке. Сидит ровно, через плечо белый шарф, который Алина никогда не видела. Новый? Или она не замечала? Может, мама становится невидимой, когда она занята своими делами?

— Ты вчера поздно пришла, - вспоминает Алина. Нет. Она всё замечает про маму.

— Да, - она достаёт салфетку, которую не смогла всунуть, начинает сворачивать в трубочку. – Было одно дело.

— Какое? – Алина понимает, что заплетает косичку на хвостике.

Мама поднимает голову, смотрит прямо:

— Спрашивай.

У Алины внутри всё сжимается, только в этот раз не от голода. Она хочет спросить про свидание. Ведь тогда не решилась, а мама не рассказала. Вернее было что-то типа: «Алина, это весело, но в следующий раз спроси сначала у меня». А про «номер пять» и его карту – ни слова. Или что он там ей показывал. И вообще! Почему сегодня они сидят здесь, в кафе, где подают суши, которые Алина обожает, а мама терпеть не может, а?

— Он тебе понравился? – на одном дыхании выпаливает Алина.

— Приятный человек, - улыбается краешком рта мама, сразу понимая, о ком речь. Значит Алина всё верно поняла тогда.