Книга Туманные острова, страница 279 – Матвей Дубравин

— Чего ты улыбаешься? – наморщился Деймор. – Тебе не хватило?

— Я сейчас пойду к Идее. А ты нет, – слабо усмехнулся Вилем.

— Ты же в нее не веришь? – не понял старик.

— А теперь – верю, – последовал ответ.

— Тварь! Когда же ты успел! Нет, так нельзя!

Вилем хотел усмехнуться ему в лицо, но у него не было сил смеяться. Голова кружилась так сильно, что он уже не понимал, где низ, а где верх. Своего тела он тоже почти не чувствовал и не мог пошевелиться.

Деймор ударил его второй раз, в самое сердце, но Вилем даже не почувствовал боли от этого удара: он был уже мертв.

— Если он правда поверил, то мне может влететь, – протянул Деймор.

Он знал, что Идея принимает тех, кто искренне принял ее – пусть даже в последний миг; даже если до этого он, не веря в нее, делал самые противные вещи. А Вилем поверил за миг до смерти. У него не было времени на то, чтобы согрешить против Идеи, а значит, он попадет к ней совсем чистым. Даже несмотря на то, что делал всякие глупости и что нарвался на смерть: это все произошло, когда он еще не был ее сторонником. А потом отсчет жизни пошел заново: Вилем принял посвящение кровью – самый редкий, но признаваемый вид посвящения. Его судьба трагически сложилась так, что вместо чистой воды, освященной Идеей, он омочил тело собственной же кровью и своим последним желанием он превратил простую человеческую кровь в кровь, освященную самой Идеей.

Подумав обо всем этом, Деймор покачал головой и задул фонарик.

— Надо утопить тело! – прошептал он. – Значит, собрание меня подождет. И будет ждать долго. Ну и ладно! Все равно они сегодня только пить и будут. Ничего важного!

Лия уснула еще до того, как на остров приплыл новый корабль. Если бы она не заснула до его прибытия, то не смогла бы сомкнуть глаз вовсе. Такое событие сильно бы ее взволновало. А так она, вдоволь нагулявшись, смогла провалиться в сон, как только легла в постель. Но все же в эту ночь ей не дано было спать спокойно. Почти сразу, как она уснула, ей начал сниться очередной сон из уже порядком надоевшей ей серии, которую она назвала «Непрошеные встречи».

На этот раз она сидела за пыльным грязным столом из темного дерева. Впрочем, вполне вероятно, что изначально это дерево могло быть светлым и стало бы таким вновь, если бы кто-то хорошо прошелся по нему влажной тряпкой несколько десятков раз. На столе стояло два жестяных стакана с грубыми полукруглыми ручками. Стаканы были не в пример чище и испускали металлические блики. Видимо, их все же мыли. Или просто из них часто пили. Рядом с ними стоял еще и металлический чайник, из которого шел пар и тепло.

Лия огляделась. Вокруг было темновато, но все же разглядеть интерьер было можно на десяток метров вокруг. Там были точно такие же столики с такими же чашками и чайниками. Все стояли совершенно одинаково. Даже клубы пара повторяли друг друга один в один. От этого становилось жутковато.

Дощатый пол тоже был грязный, с многочисленными следами обуви и босых ступней. Между некоторыми столами находились деревянные столбы, облицованные медными пластинами – так топорно, что деревянные части и тут и там показывались между листами меди. Да и сами эти листы оказались такими тонкими, что регулярно мялись и дырявились. Эти столбы поддерживали деревянную кровлю, покрытую такой старой паутиной, что почти все пауки там, наверно, уже давно умерли от старости, а их паутина успела собрать столько пыли, что перестала быть липкой и многочисленные мухи могли летать спокойно. Они садились на столы и пытались найти там крошки.