Книга Туманные острова, страница 66 – Матвей Дубравин

Согласно учению об Идее, земля мерзнет и будет мерзнуть постоянно: ведь гарантия того, что земля не замерзнет, – Свиток Тепла – была давно уже уничтожена. А если он был уничтожен, значит, во льдах не может встретиться никакого оазиса тепла. Научные данные это подтверждали. Но капитан отмахивался от священников, как от назойливых мух. Он не хотел идти на конфликт, поэтому уклончиво говорил:

— У нас просто разные дороги. То, что говорю я, на самом деле никак не мешает вам верить в Идею. И вера в Идею никак не мешает мне рассказывать то, что я рассказываю. Наши мысли не противоречат друг другу, а даже дополняют! Поймите же!

Но на эту уловку никто не клюнул. Любому, даже самому необразованному служителю Идеи было известно, что акт дарения людям Свитка Тепла – это был величайший акт доверия Идеи людям. Идея прочувствовала людскую ответственность и дала им Свиток, а вместе с ним – власть над теплом. И люди не смогли сохранить этот Свиток, за что теперь расплачиваются некомфортными условиями жизни. Но если во льдах есть оазис теплоты, значит, тепло на планете сохранилось даже после потери Свитка. Значит, Идея врала людям, когда говорила, что в этом Свитке заключена власть над теплом? Значит, Идея лжива и не доверяет людям? Думать так – значило оскорблять Идею. И даже капитан понял, что его мысли не могут идти в ряд с учением об Идее.

Проблему он решил радикально: он объявил своим сторонникам, что священники такие же шарлатаны, как и ученые. От этих слов еще часть его сторонников ушла от него. Но те, кто остался, оказались уже непроницаемы ни для каких здравых мыслей. Так многочисленное и легкомысленное учение превратилось в узкую секту.

Капитан дожил до старости в своем собственном доме и умер седым стариком. Неизвестно, поседел он от старости или от постоянных нервов из-за того, что на него давили и ученые, и служители, но, так или иначе, смерть его настигла. А вот его учение о Союзе Благословенных продолжило жить. Оно стало мягче. Частично его сторонники стали доверять ученым и стали меньше злиться на священников. Некоторые исхитрялись верить одновременно и в Идею, и в Союз Благословенных. Всех их объединяло одно: надежда, что к ним вот-вот приедут люди в сверкающих длинных ладьях, которые их осчастливят. Но годы шли, а ладьи все не показывались на горизонте. Тогда те, кто все еще верил в людей по ту сторону льда, решили, что хватит их ждать и что нужно плыть к ним самостоятельно. Так гимн учения сменился со старого, начинавшегося словами:

на новый, который у всех на устах и сейчас:

Но они так никуда и не поплыли.

Это было странно: ведь теперь вся цель их существования сводилась к тому, чтобы доплыть до Союза Благословенных и поселиться в нем. Но как это сделать? Нужно было обзавестись мощным пароходом, который мог бы добраться до Стены Льда и продраться сквозь нее. Этот пароход должен был быть очень вместительным: требовалось не только набрать много пищи, чтобы не умереть с голоду в долгой дороге, но и наполнить судно углем на дорогу. Хотя бы в одну сторону: ведь при удачном раскладе возвращаться будет не нужно. Но где взять деньги на такое судно? Сторонники учения Благословенных были из бедных слоев населения и с трудом могли прокормить самих себя, а о покупке такого корабля не могло идти даже речи.