Книга Крик потревоженной тишины. Книга 2, страница 188 – Матвей Дубравин

Но до комиссии было ещё далеко!

А пока машина, активно выпуская из узкой трубы струи коптящего дыма, подвезла Илдани и Тальми ко входу в Обитель Собраний. Это было высокое готическое здание с ажурными узорами на фасаде и высокими острыми шпилями, на вершине каждого из которых, невидимые с земли, были прикреплены медальоны с короткой надписью «Érmo, olóin!».

Вложенные одна в другую, арки главного входа словно засасывали внутрь, приглашали войти. С двух сторон вход окружали барельефы. На них были изображены женщина и дерево. Женщина символизировала жизнь, а дерево – мощь Закона.

— Ты пойдёшь один, – сказал Тальми. – Я буду ждать тебя здесь, в машине.

— Но… почему? – удивился Илдани.

— Это твой путь. Я буду тебе помогать, но ты сам должен пройти по главному коридору, оставить заявку и опустить свой текст в Золотой Ларец. Это несложно. Если ты сам не можешь сделать этого, то, полагаю, нет смысла пытаться идти дальше. Считай это моей последней проверкой.

— Если вам так угодно, – согласился Илдани. – Ждите меня, учитель. Я скоро вернусь с уже поданной заявкой! А на защиту вы пойдёте со мной?

— А на защите мне появляться запрещено. Я ведь твой учитель. Если я буду там, то порядок проведения комиссии будет нарушен. Если в Зале присутствует сам Первослужитель, то, по канону, должны спросить его мнения. А моё мнение там лишнее. Члены комиссии не потерпят лишнего голоса. Там у них и за свои места были такие споры!

— Жаль, – вздохнул Илдани.

— И ничего не жаль, – подбодрил его учитель. – Пройдёшь школу жизни. Я-то не вечен. Тебе нужно преодолевать трудности и одному. Я буду ждать тебя неподалёку в то время, как ты будешь защищаться. И сразу после защиты встречу тебя. В радости или в печали! В любом случае я тебя не оставлю.

— Благодарю вас. – Илдани склонил голову перед Тальми.

Тальми потрепал его по макушке. Илдани улыбнулся и направился ко входу.

Он прошёл через входной портал, поклонившись Древу, открыл тяжёлую дверь с круглой железной ручкой в виде головы льва и вошёл внутрь. Перед ним был знаменитый коридор. Этот коридор знали все образованные люди: его чёрно-белая фотография периодически мелькала в газетных заголовках, как и фотография Зала Собраний. Этот коридор помнил шаги всех высших служителей Закона, потому что именно через него они попадали в главный Зал. Попасть сюда было довольно просто. Следовало оставить заявку в администрации, где необходимо было указать причину посещения. И если причина была удовлетворительная, то уже через несколько дней приходило письмо с приглашением.

Это мог быть любой желающий. В основном они приходили, чтобы положить своё прошение в Великий Ларец – деревянную шкатулку внушительных размеров, в которую клали самые разные прошения и прочие бумаги.

Илдани не требовалось на вход никаких разрешений. Документ, гласящий, что он был учеником самого Первослужителя, решал все вопросы со входом. Более того, перед Илдани с такой бумагой была открыта и вторая дверь. Впрочем, Илдани ни разу не заходил в Обитель Собраний. Повода для этого не было, а идти туда просто так он стеснялся.

Теперь же он не без гордости перешагнул порог здания и тем самым прошёл через Широкие Врата – так торжественно назывался входной портал. Сразу же за вратами начинался коридор. Пол был отделан блестящей плиткой, а стены покрыты резными портретами выдающихся деятелей истории служения Закону. По левую руку была стена, частично задёрнутая позолоченной шторой. Илдани знал, что за шторой в холодное время года работает гардероб. Сейчас же он был занавешен за ненадобностью.