Книга Крик потревоженной тишины. Книга 2, страница 220 – Матвей Дубравин

— Плевать им на нашу самодостаточность, – ответил Ахель. – Они решают свои вопросы, вот и всё. Уедем мы сейчас или через месяц – им по большому счёту плевать. Они уже перекрыли нам кислород. Они уже обрекли всю мою деятельность на провал, оклеветали моё имя и почти что уволили. Где я буду теперь – им не важно. Для них я уже никто.

— Они же тебя не увольняли, – заметила Линва.

— Да, прямо они этого не сказали. Но на это был дан ясный намёк. А именно они низложили меня до второго ранга. Человек, занимающий такую крупную должность, как я, должен иметь хотя бы пятый ранг. Хотя желательно шестой. Формально я хоть с первым рангом могу остаться на своём месте. Но сама посуди: мой авторитет опустился ниже плинтуса. К тому же я должен управлять своим агентством не напрямую (ведь я обязан покинуть Столицу). И вот вопрос: долго ли продержится моё агентство?

— Если хорошо управлять, то долго, – пожала плечами Линва.

— А хорошо управлять не получится. На расстоянии это невозможно. К тому же все крупные дела проходят в Столице, и я не смогу на них присутствовать. Это – роковое упущение. Да и клиентов у меня почти не будет. Кто же захочет со мной связываться? И наконец, мои сотрудники разбредутся к другим начальникам. Я останусь ни с чем.

— И сколько ты смог бы управлять, пока всё не развалится? – спросила Линва.

— Пока не покину Столицу, – уверенно ответил Ахель. – Потом агентство продержится ещё пару месяцев, постепенно разваливаясь.

— Поэтому ты не хочешь покидать город? – кивнула Линва.

— Нет. Как раз это меня не держит. Денег мне хватит. К тому же за пределами Столицы цены ниже. Просто моё чутьё подсказывает, что дело ещё не так плохо, как могло бы быть. Если я уеду из Столицы уже сейчас, это будет значить, что назад меня, скорее всего, уже не пустят. Если же я останусь, то есть маленькая вероятность, что получится оправдать себя. Месяц – срок немалый. Всякое может произойти. Мне неясно к тому же, что за странный процесс провели с нами сегодня. И откуда там журналисты? Их там априори быть не могло.

— У нас ведь открытые суды, разве нет? – не поняла Линва.

— Но не такие ведь! – Ахель удивился глупости Линвы. – Есть процессы, о которых никто не знает. Которые проходят тихо. И этот должен был быть таким же. Но похоже, то, что было с нами, вообще вне законов логики. Этот процесс нестандартный во всех смыслах. Будто его устраивали в детском саду. Так не бывает.

— А что не так? – нахмурилась Линва.

— Если говорить кратко – всё! Вернее, вначале дело шло нормально. Даже, я бы сказал, идеально. И эта идеальность только добавляет идиотизма всему остальному. Кто стал бы так хорошо продумывать первую стадию дела, чтобы потом совершенно плюнуть на вторую? Кто стал бы приглашать журналистов? Кто стал бы так нагло нарушать процесс суда? Они импровизировали. Так не должно быть. Либо же этот процесс, наоборот, был так гениален, что я не понимаю всего его замысла. Но я в это не верю. Слишком много глупости там происходило.

Линва кивнула, хотя и поняла совсем не много. Дворецкий принёс чайник с кофе и две чашки. Ахель налил себе и Линве.

— Вам следует всё же поспать, – посоветовал дворецкий. – На свежую голову и мысли свежие.

— Угу, – хмыкнул Ахель и почти залпом выпил чашку горького кофе.