Книга Люди и драконы, страница 37 – Елена Крыжановская

Наконец все трое пленников свободны. Двое уже подкрепили силы ромом, Дик возвращался к первому, чтобы и тот глотнул из фляги. Спрятавшись позади столба, Дик посмотрел на небо. Серое. Закат погас, но густой тьмы всё нет. На холме светит маяк. А вода уже у всех перехлестывает грудь. Что бы он успел, прыгни из лодки только сейчас!

— Набирайте воздух и нырните с головой несколько раз. Пока зеваки не убедятся, что всё конечно, никто не отведет взгляда от моря! — Дик чувствовал, что ему самому глоток рома не повредит.

— Пожалуй, ты прав, — с трудом ответил ближайший пленник. — Мы скоро не сможем двинуться, а нас всё равно видно. Юнга, ты первый!

— Что?

— Ныряй! Тони, уже пора! — моряк зашелся таким кашлем, который издали легко принять за агонию.

Теперь на обрыве махали руками. Толпа виднелась смутно, но нисколько не поредела.

— Оставьте белые рубашки на столбах! — скомандовал Дик. — Привязывайте рукавами. Вам одинаково холодно, а люди пусть видят белое пятно. Юнга, не надо, ты просто уплывай! Ныряйте и плывите к лодке!

Сам он рванулся на середину залива, не прячась, ныряя и выпрыгивая на поверхность, нарочно поднимая фонтаны брызг, чтобы отвлечь внимание людей от трех приговоренных к мучительной смерти.

Стараясь не размахивать руками, не высовываться из воды и вообще как можно меньше походить на человека, Дик показывал наблюдателям только спину и плечи, а чтобы вдохнуть, нырял и переворачивался лицом вверх, выставляя из воды только нос.

Несколько раз он почувствовал, как в спину его клюнули стрелы. Тогда он сразу уходил под воду и всплывал чуть в стороне, медленно рывками приближаясь к выходу из бухты. Укрывшись за пустым столбом, Дик огляделся. Стемнело, но головы троих пловцов он хорошо видел. Они ещё далеко от края скалы. Только-только собрались вместе. Ему нельзя плыть в ту же сторону, заметят всех.

Вздохнув, уже не таясь, Дик насколько мог быстро поплыл к противоположной скале. Нырнул, уходя от дождя стрел, услышал далекий-далекий сигнал рога. Немного отдышался, держась за камни и прячась от преследователей. Прикинул, что до порта ему плыть ещё около часа, он столько не выдержит. Дик поплыл тихо, стараясь не тратить силы и не замечать холода. Увидел, как по берегу цепочкой бегут фонари.

Теперь стало по-настоящему темно. Дик плыл, стараясь держаться ближе к берегу. При луне море поблескивало, любая рябь, идущая вразрез с узором волн, заметна. Он выбрался на берег в районе доков. Спрятался в них и ждал, пока высохнет костюм. «Согревающая» фляга давно пустая. Зубы выбивали барабанную дробь. Сняв наконец маску и перчатки, Дик сильно растер кожу лица и уши. Время от времени он делал это снова и ладонями ерошил волосы, чтобы скорее высохли. Достал из ножен клинок и вытряс воду. Так же поступил с сапогами и надел их снова.

Доспехи высохли намного быстрее, чем прическа. Приведя себя в обыкновенный вид, Дик вышел на причал. Прокрался в порт, где царила своя ночная жизнь. Но рядом постоянно слышались резкие команды и топот. Мелькали фонари. Увидев трап и борт знакомого корабля, того же, рядом с которым он стоял, впервые глядя в морскую даль, не спрашивая позволения и не раздумывая, Дик юркнул на борт.

— Стой! — преградил ему путь вахтенный матрос. — Чужим сюда нельзя!