Книга Люди и драконы, страница 93 – Елена Крыжановская

— Здесь, — Дик показал на стену лачуги и попросил подождать. Помощь Никко ему не требовалась, вместо двери висела занавеска из грубого холста. Но, подумав, Дик всё-таки прошел сквозь стену. Внутри действительно спала Моренн. Она сразу проснулась и подскочила на своей низкой постели почти вровень с полом.

— Не бойся, это я. Помнишь? У тебя всё нормально? Стража не приходила, никто не обижал?

— Дик? Это, правда, ты? Нет, всё по-прежнему. Я очень огорчилась, когда ты убежал тайком.

— Хотел попрощаться, но боялся. Для этого и вернулся. Чтобы ты знала, что всё хорошо. Если хочешь снова увидеться, послезавтра в полдень переступи порог своего дома и пожелай оказаться там, где жду тебя. Только следи, чтобы никто не видел из соседей. Если там спросят, кто ты, говори всем, что морская принцесса, поняла? Возьми, — Дик протянул ей браслет, который предназначался воинственному принцу Востока, а теперь остался лишним. Моренн поблагодарила и, как все, сразу надела подарок. Утром она с большим удивлением обнаружит его на руке и поймет, что встреча не сон.

Дик попрощался и отступил в светящийся проем. Снаружи рассвело. Никко не просто убрал дыру в стене движением пальцев, словно перебирал струны арфы обеими руками. Он долго приглаживал камни дома, как растрепанную каменную шерсть, стараясь сделать его стены и крышу ровнее и надежнее. Даже искривленные куски горных сланцев на крыше стали выглядеть более аккуратно.

— А заставить камни плакать ты можешь? — весело спросил Дик, когда они шли обратно вдоль стены.

Никко иронично повел бровью, отвечая на вызов. Мимоходом прижал руку к городской стене и с силой провел по камням. В камнях отпечатался след глубокой выемки от ладони и длинные извилистые борозды пяти пальцев. Дик осторожно тронул стену. Он угадал, камни обжигали. Они расплавились, как воск.

— Здорово! И убрать можешь? Нет, пусть останется!

— Нельзя, — усмехнулся Никко. — Это как надписи на заборах. Не украшают пейзаж, если никуда не ведут,[1] — он стер след, даже не касаясь стены. Они, не торопясь, прошли над морем вдоль обрыва к переходу в скалах. Вдыхали утренний бриз, смотрели, как краснеет небо. На обрыве росли кривые маленькие сосны и роскошные кустарники морской росы с лилово-синими цветами.

Когда они вернулись в «Колесо», Дик упал в кровать не раздеваясь. И утром на себе испытал придуманное для королевских детей средство. Открыв глаза, он верил, что вчерашняя ночь это кошмарный сон. Этого не могло быть на самом деле. Но с удивлением почувствовал себя закованным по локоть в кандалы. На руках остались ещё семь браслетов и болезненные синяки от пальцев Эрла.

После завтрака, в ответ на вопрос «как ты себя чувствуешь?» — Дик бросил перед Черным тигром на стол три сплющенных кривых браслета.

— Кузница рядом. Исправь, пожалуйста.

— Не привык я обращаться с детьми. Прости, — Эрл сгреб трофеи в горсть.

— Ничего страшного. Привык уже к такому обращению. Но с королевскими неженками будь поосторожнее. Может, тебе сегодня навестить племянников, потренироваться? Не рычи, серьезно. Маркиз-то, небось, сейчас на войне, а нашими стараниями он скоро вернется в замок. Кстати, чего тебе бояться? Десять лет прошло, кажется? Ты свободный человек. Рыцарь. Тресни его мечом по башке, если будет путаться под ногами, и не мучайся. Вот, как некоторые! — Дик на ходу махнул Раулю в знак приветствия и ушел во двор.