Онлайн книга «Белый конь»
|
Запасы сырого мяса давно закончились, и вяленого осталось немного. Зная, что ей не придется возвращаться тем же путем, Надинн рассыпа́ла угощение щедро. Но пришлось сократить расходы на сторожевых псов. А опасность по мере приближения к городу, возрастала. . * * * [1] (прим. Лины) Когда-то мы — десять девчонок в приемной семье, думали, что позволить себе сказать так о возрасте могла только будущая странница. Я, конечно, спорила, говоря, что тридцать лет и на мой взгляд — молодость, но внутри себя так не думала. А сейчас, когда внешний возраст Дика стал вроде как «тридцать два», мне смешно вспоминать о тех мыслях. Он такой молодой!.. Когда не делает каменное лицо, конечно. Тогда у него возраст памятника, а не человека. Но все взрослые говорят, что выглядит он младше тридцати. И я тоже уверена, тот дракон выглядел постарше, как лесные «принцы», на которых мы с Гошкой уже насмотрелись. Они — вечно юные, и для других, наверное, одного возраста с Диком. Но они все такие самовлюбленные и выглядят взрослыми, или, вернее, выглядят, как те, кто хочет казаться старше, выпендривается. Дик никогда этого не хотел. Он — какой есть, не притворяется. Поэтому рядом с юнцами всегда выглядел самым взрослым, а среди взрослых — всегда был мальчишкой. Но сейчас он даже мне иногда кажется младшим, как Гошка. И мне это нравится. Хотя, когда он ведет нас и заботится о нас, или дрессирует на рыцарских уроках, мне он тоже нравится. Приятно, когда можешь доверять старшему, и знаешь, что он всегда защитит и всё знает. С приемными родителями у меня этого не было. Наверное, потому что они были для нас школьными учителями в первую очередь, даже дома. Глава 21 * * * Кроме безграничного терпения, выдержки, осторожности, умения бесшумно пробираться в самое логово охранников, у Надинн была одна слабость. Она обожала легендарную воительницу Торелинн Анард и считала ее своей героиней. С первых дней жизни Надинн слышала от отца и его ближайших друзей истории о Южной войне, знала все ее сражения так, словно сама их прошла, но о первой на свете страннице могла слушать бесконечно.[1] Увы, ее отец видел Торелинн близко всего один раз, перед последней битвой. Всё, что можно узнать о Красе Юга от отца и найти в хрониках, Надинн выучила на зубок. Но среди этих бесценных сведений узнала и то, что Дик некоторое время числися вторым советником ее кумира. Во время долгих ожиданий в укрытиях, если не требовалось хранить молчание, и по вечерам, Надинн, перестав смущаться, приставала к Дику с вопросами. Когда она рассказала всё, что ей удалось узнать о драконе, — а собирать сведения по крупицам Надинн превосходно умела, — она решила, что у Дика слишком мрачный вид, его тяготит столь медленное продвижение по дороге, которую всадник галопом мог одолеть за час. И девица-проводник решила «развлечь» своего спутника воспоминаниями о войне. — Ты хорошо знал Торелинн? — в первый раз вопрос прозвучал лишь на третий день их общего путешествия. — Ее отца знал гораздо ближе, — равнодушно ответил Дик. — Она великая народная героиня, правда? — огонь в глазах «невольницы» заранее отметал любые сомнения. — Она победила! И отомстила за своего отца… — Не только за него. За многих. Важнее не то, что Торелинн одна продолжала сражаться, когда сильные опытные воины смирились с поражением и разбежались. Для меня важнее, что она смогла остановить эту войну. — Дик с досадой вздохнул: — Но не себя… |