Книга Романтика дорог, страница 113 – Елена Крыжановская

— Может, дело в деньгах? — маркиз Леогон опасался обидеть этим вопросом Благородного Дика.

— Да, неплохо бы внести… тысяч десять золотых в фонд Братства Дороги за то, что оторвали меня от дел. Возможно, именно сейчас кому-то нужна моя помощь, — живо ответил Дик. Но сидящие за столом не поверили, что их гость говорит серьезно.

— Это шутка, рыцарь?

— Нет. Деньги братству вовсе не помешают. Да и вы могли сделать что-то полезное.

Подняв ладони, Леогон успокоил начинающееся волнение. И с кислой миной признался, что у Вольной Бранды нет таких денег.

— Разумеется, они у вас есть, — спокойно возразил Дик. — У каждого по отдельности или вскладчину. Но вы отнюдь не рассчитывали потратить столько на исполнение своего плана. Поэтому и позвали меня.

— Вы стараетесь нарочно обидеть нас, рыцарь? — разыграл уязвленное самолюбие любезный маркиз. — Что нам сделать, чтобы заслужить ваше уважение? Возможно, вы сердитесь, что мы до сих пор не открыли вам своих лиц? Это очень легко исправить, мы готовы доверить вам наши тайны и жизни… — с этими словами Леогон первым снял маску, открыв сильно загорелое молодое лицо с орлиным профилем и уверенной улыбкой удачливого игрока и при этом любимца дам. Несколько других вольнобрандцев неохотно последовали его примеру. На вид, все — богатые торговцы или даже советники магистрата.

— Не трудитесь, — прервал их колебания Дик. — Чтобы открыть лицо, его сначала надо иметь. Для меня все сборища, вроде вашего, — одинаковы, как и все их участники.

— Что себе позволяет этот мальчишка! — возмутился один из тех, кто сидели в самой густой тени.

— Разве наша цель недостаточно благородна? — напряженно спросил Леогон, поняв, что это не шутки. — Почему вы отказываетесь?

— Сколько длится ваше восстание?

— Все полгода с тех пор, как старый Викгент почил.

— Сколько за это время погибло в боях или казнено за участие в восстании детей младше шестнадцати?

Общество Вольная Бранда растерянно притихло.

— Гм… я полагаю…— хмурясь, начал маркиз.

— Не верю на` слово таким, как вы, — пресек всякие попытки смягчить ответ Дик. — Покажите официальную запись о казнях. И отдельно, сколько из них несовершеннолетние?

— Если вы так настаиваете, — лихорадочно пытался удержать ситуацию в руках Леогон, — мы достанем и предъявим вам все документы. Они в крепости… Это потребует драгоценного времени и риска… Но клянусь своей честью… не помню точную цифру, но ручаюсь вам, рыцарь, этих случаев в целом никак не больше десятка!

Лицо Дика приняло непроницаемое выражение, словно изнутри закрылись ворота. Когда он иронично шевельнул бровью, казалось странным, что такое твердое лицо ещё может двигаться.

— Поэтому сразу и сказал «нет». Мне достаточно, если эта цифра чуть больше нуля.

— Я отказываюсь понимать, рыцарь, — пораженно развел руками маркиз Леогон. — Допускаю, вам не нравимся ни мы сами, ни средства нашей борьбы. Но взгляните в окно, Дик… Там, прямо за этими крепостными стенами обретается еще менее лицеприятная компания, и в подвале у них содержится юный наследник престола, которому тоже угрожает смерть! Неужели вы не вмешаетесь? Вы оставите ребенка им на съедение?

— Наследники — не дети, — всё с тем же каменным лицом и закрытым на семь замков сердцем ответил Дик. — Они — избранные! Если такова их судьба, пусть гибнут, лишь бы не увлекали за собой остальных!