Книга Романтика дорог, страница 98 – Елена Крыжановская

— Что плохого в браке без любви? — неожиданно спросила принцесса.

— Имеешь в виду, выйти замуж без любви, или жить с тем, кого не любишь?

— В чем разница?

Дик отвернулся, скрывая недоверчивую усмешку. Это дитя завтра должно сделать выбор на всю жизнь?

— Если любишь одного, а выходишь замуж за другого, это преступление и бесчестие. А если твое сердце свободно, и двое решили заключить союз по взаимному согласию и уважению, в этом нет ничего плохого. Можно надеяться, что они даже будут счастливы. Если со временем не возненавидят друг друга.

— Это можно как-то проверить заранее? — насторожилась принцесса.

— Да. Есть обычай. Сейчас он сохранился только в редких селениях, и не знаю ни одного города или королевства, где бы его приняли как закон. Жаль. Народную мудрость не следует забывать.

— Расскажи. Может, если я буду править, то приму такой закон.

— Вряд ли. Чем знатнее семья, тем крепче она держится за расчет в семейных делах. Ваше высочество поддержат дети королевства, но не родители. А в этом обычае не обойтись без поддержки семьи.

В древности будущая пара тоже могла не видеться до дня свадьбы. Их соединяли родственники и мудрые люди, которые считали, что эти двое подходят друг другу. Чтобы проверить, устраивали пышное торжество, где молодые знакомились. Две семьи начинали пир, а возможную пару под вечер выгоняли из дома, не дав поесть. Дождь ли, ветер — не имеет значения. Это ночь испытаний. На расстоянии, оставаясь незаметной и не вступая в разговоры, идет охрана. Следят, чтобы жених и невеста не спрятались под крышу, не заснули, не целовались и не разошлись в разные стороны.

Им полагалось держаться за руки. Они могли говорить о чем угодно или молчать, но если наутро пара объявляла о своем согласии вступить в брак, их чествовали как настоящих супругов и проводили свадьбу. Если отказывались, семьи расставались без взаимных обид. Не имело значения, кто из детей, один или оба не желали дать клятву.

За эту ночь люди успевали узнать друг друга. Хуже всего, если вместе им скучно. Удачей считалось, если погода ужасная. Тогда жених и невеста знали, помогал им спутник, поддерживал, или только раздражал и жаловался на судьбу. Семьи раньше были намного крепче…

— Здорово! Я бы тоже хотела такую проверку. Хотя, если бы речь шла о тебе, уже знаю, что согласилась бы, — в глазах Южены мелькнул лукавый огонек, который Дик не раз видел во взгляде коронованных молодых девиц. Его бросило в холод и захотелось уйти подальше. Но гость замка продолжал непринужденно сидеть в кресле под открытым небом. Только заметил, что не любит подобных шуток. Южена засмеялась.

— Понимаю, неприятно, когда за тебя выбирают, с кем тебе жить. Но ты знаешь, почему для Ровлада важно, чтобы я стала женой Соверина, доминольского принца?[2]

Дик равнодушно кивнул:

— Слышал. Ваши семьи враждовали больше ста лет. Между вами кровь многих, из обоих родов, не говоря уж о тысячах подданных. Королям нужно закрепить мир.

— Да. Папа договорился, что моя рука и сердце будут охранять мир над нашим народом. Разве это плохая цена?

— Торговля в таких делах… — Дик дал понять: чтобы купить его одобрение, никакой цены не достаточно.

— Вот и я не знаю. Я не хочу войны, чту королевский долг, и, возможно, этот принц не такой уж плохой, но…— она не знала, как выразить свои чувства.