Книга Легенда о конокраде, страница 119 – Анна Черкасова, Мария Крехова

— Ния к тебе больше не ходит, а Керим вряд ли озаботился для вас троих обедом. Поешь, что пришла? Работа коневода нелегка.

Остывшее рагу из руты выглядело не то чтобы аппетитно. Сауле поморщилась, но скорее от досады, что этому уроду уже все известно. Интересно, догадалась ли Ния рассказать и ее секрет?

Ивор застыл с тарелкой в руках и выжидающе смотрел на нее. Сауле знала, что у фэйри ни за что нельзя пробовать их еду, иначе потеряешь рассудок (прямо как…). Ивор, в этом сомнений не было, на человека походил мало.

— Я есть не хочу. У меня к тебе дело.

— Ты хотела сказать, не дело. Вопрос. Дневник. Отдам ли я его? – говорил Ивор медленно, урывками, и даже несмотря на ветер, шумевший ветвями на крыше, Сауле могла различить сиплую одышку. Для чего все эти жертвы? Вызывать жалость у врагов?

— Мне нужны гарантии. – Сауле сделала паузу, ругая себя за иномирное слово. – То есть уверенность в том, что мы его получим.

Ивор то ли рассмеялся, то ли у него начался астматический припадок. Сауле нисколько не удивилась такой реакции. Она уже давно заметила, что на всякую дерзость хозяин острова предпочитает повеселиться. Может быть, так он старался скрыть желание сбросить собеседника в море или выбить тому зубы, иначе скоро бы на Цране не осталось подданных.

— Что ж, ты ее получишь. Никогда не встречал, – он снова сделал паузу, выводя Сауле из себя мучительным ожиданием, – таких преданныхпаломников Сеятеля. Никак не припомню, чтоб они водились на севере. Говоришь, ты из Моцвы?

— Да.

Сауле молилась, чтобы Ивор не начал задавать уточняющие вопросы по географии города, в котором она ни разу не была. Она и так промахнулась с этими «гарантиями».

— Ты же грамоте обучена?

— Конечно.

Купец Северного Йона, которому хватило денег, чтобы заказать дочери протез такой тонкой работы, не мог не обучить детей читать на цермине.

Ивор улыбнулся. В два шага он оказался перед Сауле. Она попятилась, лопатки уткнулись в увешанную полками стену. Хозяин острова не отступал. Сауле не успела и пикнуть или зажмуриться, когда он протянул руку к ее лицу и дальше, дальше.

— Подарок.

Как дешевый фокусник, Ивор достал из-за уха Сауле (на самом деле с полки за ее головой) маленькую резную шкатулку. Он широко улыбался, снова демонстрируя воспаленные десны, и выглядел довольным реакцией на свою шутку. Сауле решила больше не давать поводов для веселья. Сохраняя спокойствие, она протянула руку.

Шкатулка легла в ладонь, поразив своей легкостью. Сауле минуту побаюкала ее, искренне надеясь, что внутри что-то кроме пустоты, болезней, смертей и других напастей. С недоверием она протянула большой палец к простому замку – округлой щеколде – и на миг перевела взгляд на Ивора. Тот смотрел за ее движениями так хищно, будто сегодня только и ждал ее прихода, для того чтобы Сауле открыла пыльную шкатулку.

— Открывай, – поторопил Ивор.

Замок со скрипом выехал из металлической петли, и крышка подпрыгнула вверх. Урывком Сауле заметила бумагу и едва не вскрикнула.

«Дневник?!» – она чуть не выронила из рук шкатулку.

Страница дневника.

Тень улыбки, тронувшая губы Сауле, тут же исчезла. Она вытащила страничку из шкатулки на свет.

Страничка оказалась маленькая, форматом не больше А5. Сначала Сауле подумала, что бумага совсем состарилась, но, приглядевшись, поняла, что та просто изначально была желтоватого оттенка. Годы пользования отражались лишь на засаленных уголках. Кто-то грубо вырвал ее из тетради, оставив неровный край. Несмотря на это, текст на разлинованной поверхности совсем не выцвел, пусть Сауле пока и не могла его прочитать. Она поднесла страничку поближе к лицу, стараясь не дышать, но та не собиралась рассыпаться от первого дуновения. Странно, но лист бумаги выглядел прочнее, чем все драгоценности Ивора, вместе взятые.