Книга Легенда о конокраде, страница 166 – Анна Черкасова, Мария Крехова

Вот откуда женщина показалась знакомой. Это была жена рыбака, которого Ния во время игры чуть не задушила простым приказом «замри!». В ее голосе не было злости, но Сауле все равно не сдержалась:

— Чего ж ты сейчас не с мужем?

Женщина хохотнула. Коротко и зло. Резко, так что Сауле даже не успела испугаться, подалась вперед и вцепилась в седло.

— А меня не спрашивают, где я хочу быть. – Косицы сбились со лба, и Сауле увидела ссадины. Теперь, когда их лица оказались близко друг к другу, она заметила, что губы женщины все полопались и распухли, будто кто-то нарочно искусал их в кровь.

— Прости, – выпалила Сауле.

Женщина отмахнулась.

— Это малая цена за свободу. – Она заправила волосы за ухо, и Сауле заметила, что у нее на руке не хватает мизинца.

— Какая же это свобода?

— Какая есть. – Женщина обвела рукой зеленый холм. – На большой земле меня могли бы перепродавать от одного дома к другому. Заставить нянчить хозяйских детей, но никогда не позволить иметь своих. Одолжить пьяной дружине за хорошую службу. И все это время я должна была бы делать вид, что благодарна.

— А здесь…

— А здесь, – перебила жена рыбака, – Ивор зовет меня редко, потому что есть другие. И мне никогда не приходилось притворяться, что я согласна. Так ему даже лучше. Хозяин любит власть. Чем больше, тем лучше. У всех свои желания. В остальное время эта власть помогает хранить порядок на острове. Хранить весь остров от всего мира.

Если б желудок Сауле не был пуст, ее бы стошнило. Но она заставила себя говорить:

— И слог Нии давал ему эту власть?

Женщина кивнула.

— А теперь ее нет и нужно будет искать новую. Может, даже не среди слагателей. Подойдет и дочь купца, отец которой может привезти на остров все, что попросит ее пленитель.

«Это она про меня», – с ужасом подумала Сауле. Видимо, история ее выдуманного происхождения как-то ушла в народ. Может, из-за того, что иногда с Нией истории с большой земли слушали еще Тин и Тал.

Женщина прочла на ее лице понимание.

— Ищи путь с острова, девочка. Мы справимся и сами. Она отпустила седло и отошла, собираясь уходить.

Сауле смотрела на движения ее косиц, напоминающих змей на голове Медузы Горгоны, и ей показалось, что тело и впрямь превратилось в гранитную глыбу. Мысли, целый рой мыслей парализующе шумел в голове.

Неужели я и правда собиралась сдаваться Ивору?

Короткий разговор с женой рыбака заставил ее переосмыслить свое решение и устыдиться. Поддавшись чувствам, Сауле вновь чуть не вверила свою жизнь в руки другого человека, как это было с Марфой. А что было бы с мальчишками, расскажи она хозяину острова, что на самом деле случилось с его юной помощницей?

Дура, дура, дура! Нашлась же Страдалица Сауле!

А одновременно со стыдом в голове созрел новый план.

— Постой! – крикнула она. Жена рыбака оглянулась на ходу. Она успела начать спуск по склону, и ее фигура уже тонула в молочном тумане.

— Ну чего еще, конокрад?

— Зачем ты вообще мне это рассказала?

Дареному коню в зубы не смотрят, но Сауле отчаянно хотелось узнать. Женщина продолжила идти вниз, и, когда стало казаться, что она уже не ответит, до ушей донеслось:

— Потому что у меня есть на то свобода!

Эхо ее голоса не успело растаять над холмом, как дверь дома вновь скрипнула. Ивор явно одевался для прохладного дня. Верхняя рубаха из шерсти, теплый пояс и сапоги, идеально чистые. Все это висело на его исхудавшем теле, будто кто-то решил нарядить пугало в парадный костюм. Сауле поежилась. После падения в лужу холодная грязь потихоньку превращалась в корку на спине и шее.