Книга Вечность и Тлен, страница 231 – Алекс Анжело

— Что? – Самаэль поднял голову, оторвав плотоядный взгляд от жарящейся рыбины. В ночи его глаза и волосы выглядели особенно выразительно в свете пламени. – Так сильно хочу есть… Не услышал, что ты там сказала?

Ларак закатила глаза, но повторила вопрос.

— Разве в ваших легендах и сказках об этом не пишется? – удивился теневой див, прорезая брюхо рыбы кинжалом и проверяя её готовность.

Айвен перевела задумчивый взгляд на огонь. Языки пламени весело танцевали и выглядели фальшиво в своей наигранной радости из-за завладевшего ею предчувствия. Будто вскоре что-то случится, и ей надо быть готовой.

Виски запульсировали от прилившей крови.

— Пишется… Но это ведь лишь сказки. Но ты говорил так, будто знал наверняка, что грядёт нечто дурное…

— На моей памяти после звездопадов всегда творилась какая-то дрянь. – Он съел кусочек приготовленного мяса и удовлетворённо кивнул. – Я вот о чём думаю… – Самаэль стал умело разделывать рыбину, отделяя её от костей. – Ты долго жила на Аркадиане. И столько лет нашего знакомства всегда была одна. Травмы прошлого не позволяют с кем-то сблизиться? – с какой-то злорадной улыбкой закончил див.

— Всё не так, – возразила Айвен, вытаскивая из очага свою порцию. Она была не уверена, что кусок в горло полезет, но и сгореть еде она позволить не могла. – И какое вообще тебе дело?

— Значит, я ошибаюсь… И кто же этот счастливчик?

— Тебя это не касается, – уже жёстче проговорила Айвен.

— Безусловно, – заявил Самаэль, в свойственной только ему манере продолжив: – Мне даже наплевать. Но это вовсе не значит, что я замолчу.

— Ну а что же насчёт тебя? – Ларак резко вскинула голову.

— Что насчёт меня?

— Ты одинок?

— Скажем так. Я не любвеобильный, – язвительным тоном и с кривой усмешкой бросил див.

— Я о ком-то, кто по-настоящему близок… – не переняла его манеру разговора Айвен, оставшись серьёзной.

— Среди живых никого.

— А среди мёртвых?

— Да, было, – вдруг признался Самаэль. Его золотые глаза зловеще засверкали, как бликует светлая сталь на солнце. – Давно.

— Насколько давно?

— Настолько, что ты даже не представляешь. – На его уста вернулась уже знакомая опасная и злая улыбка. – Но после у меня осталась любовь к каменным ласточкам. Ты знала, что они гнездятся на Зеркальном острове?

— Что? Ласточки? – Смена темы разговора была кардинальной. В первые секунды Айвен даже растерялась. – Нет. Разве там не слишком холодно для них? – удивилась дэва, воскрешая в памяти расположение острова – он находился на одном уровне с Северным храмом, только восточнее. На землях, на которых пряталась святыня, холод отступал лишь на пару летних месяцев. Логично предположить, что на острове похожая погода. Но возможно, близость моря смягчала климат – если Аркадиан страдал от холодного течения, то северо-восточный берег Акракса, наоборот, согревало тёплое.

— Верно! Но они всё равно гнездятся, хотя могли выбрать более подходящее место. Разве это не настоящее чудо? – воодушевлённо завершил Самаэль, возвращаясь к ужину и случайно задевая ногой свой меч, эфес которого по-прежнему обматывала старая, успевшая испачкаться до неприличия тряпка.

«Так удобнее держать?» – промелькнула быстрая мысль в голове дэвы.

Навыки боя даэва по-прежнему восхищали. Он представлял собой гораздо больше, чем можно было ожидать от дива, ведущего образ жизни, подобный его. Их же путешествие медленно подходило к концу, и это подводило Айвен к черте – необходимо было что-то решать.