Книга Чугунные крылья Икара, страница 51 – Борис Конофальский

— Никак нет, но морда какая-то у него подозрительная, — сказал ефрейтор, пристально разглядывая Гальдини. — Может, ему врезать пару раз?

— Не надо мне врезать, я же не виноват, что у меня такая физиономия неадекватная, — возмутился сторож.

— Образованный, кажись? — с уважением произнёс Брассели. — Хотя, по виду, и оборванец. В общем, где-то я его уже видел, а где не знаю. Разрешите мне с ним потолковать полчасика, синьор Стакани, он у меня всю правду расскажет.

— Не надо со мной толковать, я и так всё расскажу, — пообещал сторож.

— Да, Брассели, не надо, это гражданин добропорядочный, он сам пришёл. Ты лучше сходи-ка с ним и посмотри. Он утверждает, что на твоём участке есть какой-то подпольный винокуренный завод. Говорит, сам видел, даже пил там что-то…

— Меня силком поили.

— Да его там вроде силком поили, затем силком в горы увели…

— Нет, в горы я сам ушёл, от душевного неспокойствия ввиду похмелья.

— В общем, иди и разберись.

— А чего мне ходить, ноги стаптывать, нет на моём участке никакого завода. Что я, не знаю, что ли, — заупрямился ефрейтор.

— Ну как же нет, как нет! — возмущался Гальдини. — Есть! Я, по- вашему, зачем по горам три дня бродил?

— А кто тебя, дурака, знает, я же говорю, что у тебя морда подозрительная какая-то, может ты альпинист или даже спелеолог какой- нибудь.

— Синьор околоточный, — взвизгнул сторож, — я человек законопослушный и добропорядочный, я требую оградить меня от выпадов. Я не альпинист, не демократ и, прости меня, Господи, не спелеолог какой- нибудь. Я законопослушный. Да-с!

— Ты, правда, Брассели, полегче. Полегче. Не надо вот этого вот. Что уж ты так. Выбирай, знаешь ли, выражения.

— Слушаюсь. Только эта морда пусть не врёт, что на моём участке какие-то неконституционные заводы имеются.

— Да имеются же, я знаю, могу даже показать, — настаивал Паскуале.

— Вот и хорошо, — констатировал Стакани, — так и поступим. Сходи с этим законопослушным господином, Брассели, и проверь его слова. Если завода нет, то врежь ему как следует, а если есть, то пусть он останется там и следит, а ты беги сюда за подмогой. Ты понял? — спросил Стакани и подмигнул многозначительно своему подчинённому.

— Не извольте беспокоиться, — заверил подчинённый и подмигнул в свою очередь, — всё представим в лучшем виде.

— Ну идите, — сказал Стакани. Но, оставшись один, не переставал волноваться, не смотря на то, что доверял Брассели и был уверен в его сообразительности.

Вскоре законопослушный гражданин и представитель закона добрались до места назначения и, скрываясь в кустах, пробрались на удобную для наблюдения позицию.

— Вот они, подлецы, — злорадно доложил сторож. — Ишь, негодяи, работают себе, как будто закон для них не закон, а чёрт его знает что.

— Ого, как развернулись-то, — притворно удивился Брассели, — и лошадь у них имеется, и, скорей всего, без ветеринарного паспорта.

— Как есть без паспорта, я как на эту лошадь взглянул, сразу понял, что без паспорта, — согласился сторож, — морда у неё какая-то беспаспортная, с хитрицой. С этакой издёвкой морда. И масть у неё подозрительная.

Ефрейтор Брассели посмотрел на Гальдини с некоторой укоризной, но развивать тему беспаспортной лошади не стал, а сказал:

— Ты с этого места ни ногой, ни-ни, а я за подмогой побежал. Жди, я скоро, уж мы этих хулиганов скрутим.