Книга Как закалялся дуб, страница 18 – Борис Конофальский

— Нет, только те, что заработали вместе, а те, что ты заработаешь сам, твои. Понятно?

— Теперь понятно, — облегченно вздохнул Фальконе.

После этого состоялась первая выдача зарплаты, причём Чесноку пришлось даже сбегать в лавку для размена монет. Получив деньги, бандиты разошлись по домам, довольные, предварительно договорившись встретиться на следующий день после школы. А Чеснок домой не пошёл, он догнал Крючка, который пошёл воровать арбузы, и заговорил с ним:

— Ты знаешь, Лука, хороший ты, конечно, парень, но есть в тебе какая-то невнимательность.

— Это ты о чём? — насторожился Лука.

— Это я о том, как ты разговариваешь с Буратино.

— А как я с ним разговариваю?

— Невежливо. Ты слышал, что к нему все обращаются не иначе как «синьор Буратино»?

— Слышал, — сказал Крючок, — только не все, да не все. Ты-то его просто зовёшь по имени.

— Так я его друг. Вот когда он назовёт тебя своим другом, тогда и ты его по имени звать будешь. Понятно?

— Понятно, — нехотя согласился Лука.

На том они и расстались.

Следующий день, хотя и обошёлся без потасовки, но таким удачным, как предыдущий, уже не был. Бригада, конечно, выиграла, выражаясь языком специалистов, — подняла всего семь сольдо.

— Итого: всем по одному сольдо, — подсчитал Чеснок, — и один сольдо в общак.

— Разве ж это деньги, — расстроился Фальконе, — стараешься, стараешься, из сил, можно сказать, выбиваешься, а всего один сольдо.

— Да, — согласился с ним Лука, и задумался, — порт — не лучшее место. Вот если б выходные на рынке поиграть?

Буратино промолчал, он видел, как все выжидательно глядят на него и ждут его слова. Ему было приятно ощущать ту уверенность, которая была в глазах его дружков. «Наш синьор Буратино решит этот вопрос, ему это раз плюнуть», — читал он в их взглядах. Но если быть честным до конца, он сам этой уверенности не испытывал.

— Ладно, — после долгого раздумья произнёс он, — под лежачий камень — вода не течёт. Завтра — суббота, завтра и попробуем.

Если рассматривать Пиноккио объективно, надо признаться, что парень был, безусловно, талантлив, он сочетал в себе желание работать и желание учиться. Также ему были присущи такие качества, как целеустремленность, смелость и гибкость ума. Он не пасовал перед трудностями, а всегда пытался их преодолеть. Работать и учиться было непросто, ведь он возвращался домой, когда темнело. Тем не менее, уроки он делал весьма прилежно и подходил к этому вопросу ответственно.

Мне, как исследователю, непонятно, почему оба автора не акцентировали внимание читателя на этих качествах его характера. Мало того, Буратино выглядит в их работах недалёким шалопаем, который продаёт свою азбуку, чтобы купить билет в театр. Я заявляю: никогда! Никогда бы он так не поступил. Это становится ясным, как только вы возьмёте в руки архивные документы из гимназии. Вот, к примеру, журнал успеваемости. И что же мы видим напротив графы Джеппетто? Одни пятёрки. Есть, конечно, четвёрки, но их мало, и за весь журнал всего одна тройка. Тройка по греческому языку, смысл преподавания которого мне не очень-то понятен. Если латынь ещё и встречается где-то, то древнегреческий — давно уже мёртвый язык. И непонятно, зачем учить детей языку, на котором уже тысячи лет никто не разговаривает.