Книга Буратино. Правда и вымысел…, страница 58 – Борис Конофальский

— Какой ещё комар? — не понял Буратино.

— Слушай внимательно, болван деревянный. Мы аккуратненько грабим галантерейщика, а лавка, надо признаться, у него богатая: там и сукно английское, и перчатки барские. Так вот, мы его грабим и при помощи награбленного уберём хулиганов. Короче, убьём двух зайцев.

— А зайчиков убивать зачем?

— Слушай, дурень, внимательно: завтра ночью ты грабишь лавку Паоло, половину награбленного отнесёшь в сарай к хулиганам, а потом напишешь анонимку в полицию на Поджеро и его дружков, что это сделали они. А половину из награбленного продашь. Вот и всё.

— Легко вам говорить «вот и всё», вы-то под комодом останетесь, синьор Говорящий Сверчок, а мне на дело идти, — захныкал Пиноккио.

— А я, между прочим, из жадности хулиганов не обыгрывал и руки им не резал, и полицейских на них не натравливал, и придумываю, как от них избавиться, не для себя. Если мой план тебя не устраивает — действуй сам, а я умываю лапы.

— Нет-нет, синьор Говорящий Сверчок, не умывайте своих лап, прошу вас, я без вас пропаду. Как же я буду грабить магазин Паоло, если вы не расскажете мне, как это сделать?

— Вот то-то же, — хмыкнуло насекомое, — и чтобы я больше хныканья не слышал. Полная сосредоточенность, жёсткий план — это залог нашего успеха.

— А какой же он будет, этот самый жёсткий план?

— А такой: завтра ты встанешь рано и пойдешь к столяру Антонио и попросишь сделать тебе лестницу для чердака, так как ты решил избавиться от осиного гнезда, которое якобы завелось у вас на чердаке. Платишь ему один сольдо за работу и идёшь на другой конец города к тётке Джульетте, у которой приобретаешь две бутылки виноградного самогона, то есть чачи. Потом ты садишься и пишешь анонимку в полицию. Затем ты идёшь в скобяную лавку, покупаешь пергамент и столярный клей. По дороге оттуда ты заглянешь в лавку Паоло, тщательно всё там осмотришь и запомнишь, что где лежит.

А ночью ты ограбишь лавку, половину сворованного отнесёшь в сарай к хулиганам, а утром подбросишь анонимку. Полиция схватит хулиганов, а ты с половиной награбленного останешься на свободе и будешь спокойно ходить себе в школу.

— Ой! — восхитился мальчик. — Как красиво вы всё это описали, просто прелесть какая-то.

— Ты раньше времени не восхищайся, а лучше поспи. Завтра будет тяжёлый день. Так что выспись как следует.

— Хорошо. Спокойной вам ночи, синьор Говорящий Сверчок.

— И тебе спокойной ночи, парень.

Пиноккио сразу же заснул, чтобы набраться сил для завтрашнего дня.

Утром рано, согласно плану Говорящего Сверчка, Пиноккио встал и огородами добрался до домика мастера Антонио.

— А не рано ли я пришёл? — спрашивал Буратино самого себя. — А вдруг мастер ещё спит?

Но волновался он напрасно, на то они и мастера, чтобы вставать с первыми лучами солнца, не то, что эти музыканты-шарманщики. В общем, в мастерской вовсю кипела работа. И Буратино постучал в дверь.

Шум работы стих, и из-за двери донеслось:

— Кто там?

— Синьор Антонио, это я, ваш сосед, — произнёс Пиноккио.

— Боже мой, Боже мой, какой ещё сосед? — испуганно забормотал мастер. — Не вы ли это, синьор Карло?

— Нет, синьор, мастер Карло — это мой отец, а я — Пиноккио Джеппетто.

Дверь слегка приоткрылась, и в щель Буратино увидел красный нос.