Книга Инквизитор Божьим промыслом книга 15 Чернила и перья, страница 152 – Борис Конофальский

— Господин генерал, — сразу перешёл к делам бургомистр Ольбрехт, и даже присутствие за столом дамы его от того не остановило. — Вчера сенаторы, а также иные важные люди города держали совет — и в итоге решили просить вас навести наконец порядок на реке, прекратить разбои.

— Письма соседям с извинениями мы разошлём сегодня же, — заверил его секретарь магистрата. И продолжил: — Казначейство выделит вам на поимку разбойников тысячу двести талеров…

«Мерзавцы, вот как, значит, о прибылях своих забеспокоились».

Прибыль есть прибыль, дело обычное. Но вот что действительно удивило генерала, так это прыть, с которой извечно медленные бюргеры принялись за дело; и тогда он спросил у гостей:

— Господа, я чего-то не знаю? — тут он случайно взглянул на хозяина дома и по его ухмылочке понял, что угадал. И его догадку сейчас же подтвердил господин Цойлинг:

— Вчера днём было получено письмо от фогта Фринланда господина Райслера, — сообщил он это после вздоха, после которого генерал понял, что письмо то было вовсе не дружеским. Не тем, что добрые соседи пишут друг другу.

— И что же вам, любезные господа, написал фогт Фринланда? — генерал улыбается. Он догадывается по их лицам, что в письме том было для горожан что-то очень неприятное. — Обещает не пускать ваши лодки с товарами на свои пирсы?

— Ах, если бы, — невесело продолжал секретарь магистрата. — Он обещает конфисковывать товары с наших лодок, в счёт ущерба, что нанёс Ульберт купцам из Фринланда.

«Ах, каков молодец фогт. Вот припугнул купчишек так припугнул».

— Он обещает конфисковывать двукратно от утраченного, — замечает тут бургомистр. — Прислал нам счёт, пишет, что купцами Фринланда потеряно товаров и денег почти на двадцать одну тысячу талеров, он просит город возместить… Нам кажется, что цифры завышены, и у нас…

Но здесь генерал жестом прервал его: подождите, подождите… И повернул беседу в нужное ему русло:

— Господин секретарь сообщил вам, что графиня фон Мален решила ввести в совет города своего сенатора вместо того, что представляет графа сейчас?

Тут бургомистр лишь руками развёл:

— Сенаторы мои начальники; ни препятствовать их назначению, ни содействовать я не в силах. Это уж как решат горожане и многоуважаемый барон. Я приму всякое решение.

«Хитрый мерзавец, — Волков даже разозлился на бургомистра. — Ни «да», ни «нет», подлец, сказать не хочет».

Но снова заговорил секретарь:

— Вчера за разговором я упомянул о вашей просьбе, барон; никто из присутствующих против господина Виллегунда не высказался.

«На всё теперь торгаши согласны, хоть Виллегунда, хоть чёрта я в совет предложи, на всё пойдут, лишь бы я их избавил от Ульберта… Ах, как вовремя пришло письмо из Фринланда».

А бургомистр продолжил:

— Ещё фогт в письме пишет, что жалобу он отправил в Вильбург, в канцелярию Его Высочества.

«Какая прелесть, молодец фогт. Вон как бюргеров припекло… Удивляюсь, что они ночью после этого письма не прибежали ко мне. Видно, всю ночь думали, что теперь делать».

— Господин барон, — снова заговорил секретарь, — вы ведь знакомы с господином Райслером?

— Знаком, — отвечает ему Волков, он и вправду знал Райслера, — фогт был на свадьбе моего племянника и Урсулы Райхерд.

— Господин барон, — вкрадчиво начал Ольбрехт, — фогт Райслер обещает начать изымать наши товары уже на той неделе.