Книга Инквизитор Божьим промыслом книга 15 Чернила и перья, страница 27 – Борис Конофальский

— Не говорите о том никому и никогда.

— Не говорить? — удивляется маркграфиня. — О чём не говорить?

— О том, что у вас есть деньги, и тем более — сколько их. Об этих деньгах должны знать только вы и ваш самый доверенный человек, — объясняет принцессе Оливии барон. — Даже будущему мужу не говорите. Это ваши деньги и деньги ваших первых дочерей.

И она кивает: да, да. Кажется, она хочет запомнить все слова, что он ей говорит, но и этого маркграфине мало.

— А что же мне делать? Ну, что мне делать вообще?

— Что делать? — генерал не сразу нашёлся, что ответить.

— Да, что мне делать? Просто ждать этого мальчика, что прочит мне в супруги ваш сеньор? Но я могу и не дождаться… — в её голосе он разбирает нотки отчаяния или паники, — ведь канцлер… Если он надумает собрать ландтаг, и там сеньоры, отцы церкви и горожане решат, что… ну, что мне нужен другой муж. Что мне тогда делать? Мне нужно как-то… сопротивляться тому…

«Она точно знает, кого изберут ей в мужья местные сеньоры, случись им собраться вместе».

Теперь-то генерал в этом не сомневался, как и в том, что замуж за этого неизвестного она идти категорически не хочет. Даже предпочтёт юношу, что ей годится в сыновья, лишь бы не выходить за кандидата от канцлера. И так как он не отвечал, взволнованная женщина снова спросила:

— Так что же мне делать, пока жених не приедет? Барон, ну скажите же? С чего начать? Вот прямо завтра? С чего?

Прежде чем ответить, он на мгновение задумался, подумал о том, что бы он предпринял на её месте, и потом начал…

— Во-первых, как встанете и позавтракаете, так пошлите за казначеем.

— За казначеем? — переспросила Оливия. — Денег просить, что ли?

— Именно, — отвечает генерал. — И просить нужно немало. Не много, но и не мало. Попросите у него… ну, тысяч пять серебром.

— Тысяч пять? — тут уже маркграфиня не сдержалась и усмехнулась невесело. — Да он откажет. Он вечно жалуется, что денег в казне нет, — и она исправляется: — Мужу жаловался.

— Нет денег? — Волков улыбается. — Может, Винцлау ведёт долгую войну, про которую я ничего не знаю?

— Господи, помилуй Бог, — крестится женщина. — Нет, никаких войн мы не ведём. С тех пор как я замуж вышла, ни одной войны не было.

— Земля богатейшая; я пока от гор по Цильской долине ехал, полсотни мельниц видел, поля, кругом поля, виноградники, хмель, стада на каждом склоне и каждом пригорке. А какие деревни богатые! Людишки, простое мужичьё, дети их — все упитанные, для таких-то жарких мест. Почему же у вас в казне денег нет? Может, ваш покойный супруг замки строил во множестве по границам от буйных соседей?

— Замки? — принцесса качает головой. — Нет, во множестве мой супруг ставил охотничьи парки, это да… Псарни! На псарни и на конюшни денег не жалел, но замки… Нет… Ни одного не построил.

— Ну, на псарни да на охотничьи парки он весь доход Винцлау никак потратить не мог, — уверен Волков. — Так что завтра первым делом просите казначея к себе и потребуйте пять тысяч талеров, вам они надобны на приготовления к свадьбе, и это ещё не много будет. Так что пусть сыщет. А не сыщет… — тут он делает паузу, — скажет, что денег нет, так вы просите у него отчёт по расходам. С балансом.

— С балансом? Отчёт по расходам? — удивляется принцесса. — Так я в нём ничего не пойму.