Книга Божьим промыслом, страница 111 – Борис Конофальский

— Ах, это! – понял майор. – Об этом не волнуйтесь, генерал. С этим всё в порядке, всё на месте.

— Давайте их сюда, хочу взглянуть; также позовите ко мне всех старших офицеров, – он стал поглядывать вокруг. – А где наши артиллеристы? Найдите обоих и просите быть ко мне.

Ему нужно было со всеми переговорить и всё проверить. А как только он собрал всех нужных ему людей возле себя, так от герцога пришёл адъютант и передал ему письмо. А в том письме было сказано, что герцог его примет завтра сразу после заутрени. И чтобы до того он солдат своих не распускал.

Волков прочитал письмо, посмотрел на собравшихся своих товарищей и подумал о том, как хорошо, что у него есть Брунхильда, которая предупредила его обо всём, что происходило.

* * *

Утром, когда было ещё темно и колокола едва оповестили город, что пора бы лежебокам вставать и идти на утреннюю службу, он уже был во дворе замка Его Высочества, и был он не один. С ним были все его старшие офицеры, его выезд и даже ротмистр Хаазе. То есть не менее дюжины людей. И в приёмной герцога было много народа, и всем пришлось ждать, пока не закончится утренняя служба. Только после этого вышел секретарь герцога и произнёс:

— Генерал Фолькоф, Его Высочество примет вас.

Волков кивнул и уже пошёл к двери, а за ним и все его люди, но секретарь остановил их:

— Господа, прошу прощения, но Его Высочество примет генерала одного.

Конечно, это не понравилось барону, но разве тут поспоришь! Дорфус тут же передал ему пачку бумаг: счета и списки нанятых солдат, и главную бумагу – диспозицию. И он лишь в сопровождении секретаря вошёл в кабинет герцога. Вошёл и сразу понял, что дело будет непростое. За столом по правую и левую руку от герцога сидели самые недобрые из приближённых курфюрста. Справа сидел сам Вильгельм Георг Сольмс, граф Вильбург фон Ребенрее, родной дядя Его Высочества, уже седой, но всё ещё полный сил и решительности. По левую руку от герцога сидел его первый камергер господин Кюн. Тут же за столом был тучный и заметно состарившийся недруг генерала Густав Адольф фон Филленбург, епископ Вильбурга. С тех пор как три года назад старший его брат отобрал у него епископство фринландское, он считал, что барон Рабенбург в этом тоже виновен. И ненавидел Волкова ещё больше, чем раньше. Но Волков-то был тут не при чём. Да, он отдал прекрасную раку из Фёренбурга архиепископу Ланна, что и поссорило братьев. Но архиепископ забрал у младшего братца фринландское епископство потому, что Густав Адольф во Фринланд наезжал от случая к случаю, не чаще, чем пару раз в год, а иногда и того реже. Зато казну выгребал из епископства алчно. А курфюрст Ланна сам нуждался в деньгах, вот и пришлось братца отпихнуть. Ещё доводило епископа Вильбурга до белого каления то, что епископ Малена был поставлен на кафедру этого важного города по протекции Волкова, после чего за несколько лет епископ маленский уже прославился своей набожностью, строгостью и скромностью. И, по мнению многих, заимел авторитет в церковных кругах более высокий, чем епископ Вильбурга имел когда-либо. Как тут Густаву Адольфу не быть злым на этого удачливого выскочку, что сейчас кланялся герцогу. Также за столом сидели и цу Коппенхаузен, и первый камергер Кюн, и канцлер фон Фезенклевер и ещё четверо важных сановников, вот только графини в помещении не было, так же, как и ещё одного друга – министра герцога и исполнителя тайных его поручений барона фон Виттернауфа.