Книга Божьим промыслом, страница 176 – Борис Конофальский

— Так вы берётесь? – с надеждой в голосе спросил бургомистр.

— Я напишу несколько писем, кое-что узнаю, что-то уточню; думаю, через недельку я смогу уже сказать вам, стоит ли нам на что либо надеяться.

— Меня радует уже то, что вы сказали «нам», – произнёс городской голова, беря стакан с вином. – Давайте выпьем, дорогой генерал, за то, чтобы у нас хотя бы появилась надежда.

Они оба осушили свои стаканы до дна. И, кажется, бургомистр чуть повеселел после этого, уж и непонятно отчего – то ли от выпитого, то ли от того, что барон его обнадёжил. Господин Тиммерман вытер салфеткой губы и сказал:

— Пойду распоряжусь, чтобы подавали сыры и сахарные фрукты.

При этом он уже встал, но тут к их столу быстро подошёл Хенрик и, кивнув бургомистру из вежливости, наклонился к генералу и прошептал тому на ухо:

— В конце улицы собираются какие-то люди.

— Люди? – поначалу Волков не понял, о чем идёт речь. – Какие ещё люди?

— Люди при железе, – так же на ухо говорил ему оруженосец. – Человек шесть их, и на городскую стражу они не похожи.

— В доспехе? – теперь-то и барон поднялся с места.

— Парочка в кирасах.

— Что, господа? Что произошло? – сразу насторожился и бургомистр.

— К сожалению, мне пора, – отозвался генерал и протянул ему руку. Волков не хотел оставаться тут со столь малой охраной.

— О, но я должен был вам ещё столько сказать! – бургомистр пожал протянутую руку. Он был явно разочарован. – Господа, но что за поспешность? Что случилось?

Но генерал ему не ответил, он уже шёл к выходу, где в дверях его ждал Максимилиан.

Сразу ему подвели коня и, не оглядевшись, барон быстро садится в седло; и теперь поверх голов пешего люда он видит в конце улицы шестерых добрых людей. Неприятных людей. И это были не стражники. Тех легко было узнать по дешёвым кирасам и по плохим шлемам. Это же был иной люд. У одного из них была хорошая алебарда, а ещё у одного – отличный, недешёвый протазан. Другие были при малом оружии: мечи да тесаки. На одном был шлем, а двое были в кирасах. Они расположились на углу, в конце улицы, как раз в той стороне, откуда генерал и бургомистр пришли, и, казалось, люди эти чего-то ждут. Или кого-то.

— Господин генерал, поедемте от них в тот конец улицы, – предложил Максимилиан, сев в седло.

— Нет, – сразу ответил генерал. – Поедем на них. Вы ведь уже бывали в подобных ситуациях, прапорщик? Пистолеты при вас?

— При нас, – отвечал молодой Брюнхвальд. И, откинув плащ, показал рукоять своего пистолета, что торчала у него из-за пояса.

А оба сержанта сразу показали свои.

— Значит, едем к ним? – уточнил прапорщик.

Волков только кивнул в ответ.

— Отчего же так, господин генерал? – удивился Хенрик. – Вы же говорили: в городе быть тихим и не задевать никого, обходиться без свар, даже если будут местные задирать нас.

— Они не нападут, – уверенно произнёс барон, – думали бы напасть, так спрятались бы, а эти стоят на виду, как будто специально. А почему? Да потому, что хотят, чтобы мы поехали в обратную сторону от них. Но пистолеты взведите и будьте готовы применить.

Он чуть пришпорил коня и направил его к этим непонятным и даже на вид опасным людям.

Разгоняя людей перед ним, вперёд проехал Максимилиан, а те добрые люди в конце улицы, ещё мгновение назад праздно стоявшие у стены и болтавшие меж собой, как вдруг оживились и, взяв своё оружие, приготовились. А когда Максимилиан подъехал ближе, один из этих людей – тот, что был в шлеме, – крикнул ему весьма грубо: