Книга Элеонора Августа, страница 84 – Борис Конофальский

— Я передам совету ваши пожелания, – произнес первый консул земли Брегген Николас Адольф Райхерд, вставая.

— Нижайше прошу совет земли Брегген с ответом не тянуть, – с заметной долей язвительности сказал генерал, тоже поднимаясь из кресла. – Иначе поутру начну бить стену и резать пленных. Жду ответа до зари, и не более.

Ландаман посмотрел на него и лишь кивнул головой.

Когда делегаты города уехали, к кавалеру пришли офицеры. Брюнхвальд, Кленк, Пруфф, фон Реддернауф, Роха и Дорфус с Мильке. Господа желали знать, как прошли переговоры. Но Волков не хотел ни гадать, ни обнадеживать.

— Ничем, господа, – отвечал он, – дал им время до утра. Капитан Пруфф, до утренней зори прошу вас стену не бить. А вы, господа, работы продолжайте, рогатки напротив ворот не сделаны, чего ждете? Вылазки? Палисады ставьте, окапывайте их. Готовьте фашины. Фон Реддернауф, разъезды не ослаблять. Пока для нас все идет как и шло. Готовимся к штурму, господа, готовимся к штурму.

Но штурмовать город не пришлось. Еще до захода солнца на восточные ворота пришел человек и протрубил оттуда. Звук трубы был слышен весьма далеко и долетел до шатра, около которого под навесом от солнца Волков в одиночестве сидел за столом, никого не хотел видеть, ни с кем не хотел говорить, почти не прикасался к ужину. Генерал должен был выказывать спокойствие и хладнокровие, хотя, будь он сейчас один, он бы места себе не находил от волнения. Но теперь, услыхав трубу, почти сразу успокоился. Горцы решили… Нет-нет, конечно, они не примут безоговорочно всех его требований, на это кавалер не рассчитывал, но они решили торговаться. Пожелай они продолжить войну, то просто ничего бы не предприняли до утра, а скорее всего, перетащили бы на восточную стену свои пушечки. Услыхав трубу, генерал начал успокаиваться. Попробовал свежайшей буженины и попросил у Гюнтера неразбавленного вина.

К его удивлению, самого ландамана среди пришедших господ не оказалось. Был пожилой, но все еще ретивый заместитель председателя совета кантона господин Новен. Был там председатель земельной комиссии кантона Брегген господин Брумхаймер, человек, сразу видно, важный. И третьим присутствовал в делегации финансовый комиссар казначейства при совете кантона господин Хонкель. Все люди серьезные, пришли с писарями и секретарями. Господа расселись напротив Волкова. Волков же привел на переговоры своих людей. И подобрал их не столько для советов, сколько для устрашения горожан. По правую руку от него сидел Карл Брюнхвальд – холодный и невозмутимый человек, по случаю переговоров облачившийся в начищенную до блеска кирасу и в белые кружевные манжеты, по лицу которого сразу видно, что он с одинаковой легкостью поведет колонну в пролом стены или начнет резать пленных на берегу реки. По левую руку сел майор Роха, ну, тут и говорить не приходится: безногий, мрачный, черная борода с проседью, глаз у него дурной. Таким мамаши рисовали детям своим людоедов из сказок. За спиной у Волкова сел фон Реддернауф, как и всякий офицер-кавалерист, вид он имел залихватский, так и кричащий: только укажите кого – так немедля затопчу. И последний, кто был приглашен на переговоры, то был, конечно, капитан Кленк. Ненавистник горцев был в огромном берете, в ярком колете с изрезанными рукавами, в панталонах, так же, как и рукава, часто посеченных, в разноцветных чулках, он выглядел яркой диковинной заморской птицей, то есть как и подобает выглядеть истинному ландскнехту. А уже за ними, как присутствующие, но не участвующие в переговорах, стояли Дорфус, Мильке, Фильсбибург и другие офицеры, в том числе и совсем молодые для таких дел капитан Вилли и прапорщик Брюнхвальд. Всех их не представляли прибывшим горожанам.