Книга Башмаки на флагах, страница 88 – Борис Конофальский

— Да-да, господин полковник, – согласился Брюнхвальд и начал: – У капитана Рохи двести шесть человек при пяти сержантах, ротмистры его вам известны, это знаменитые Хилли и Вилли.

Молодые офицеры заулыбались смущенно, а капитан-лейтенант продолжал:

— Семьдесят восемь человек – это мушкетеры, остальные, кроме девяти человек, аркебузиры, у девяти никакого оружия нет.

Волков посмотрел на Роху: мол, почему так? А тот и говорит, на удивление резонно:

— Коли дойдет до дела, так людишек поубавится, а оружие никуда не денется, я пока и безоружным жалованье половинное обещал.

И не поспоришь с ним. Волков только спросил:

— Научились стрелять рядами?

— Конечно, – сообщил капитан стрелков с издевкой. – Слава богу, пороха нам дают мало, зато времени у нас много, вот и учимся.

— Пороха даем стрелкам, согласно вашему распоряжению, на пять выстрелов в день, так они уже тот, что мы закупили по новой, наполовину расстреляли, – напомнил капитан-лейтенант.

— Пусть стреляют, – кивнул кавалер, он был уверен, что мушкеты на поле боя будут очень важны. – Купите им еще пороха и пуль, Карл.

— Как прикажете, господин полковник.

— Господин полковник, – взял слово капитан Пруфф.

— Слушаю вас, капитан. – Волков поглядел в его сторону.

— Мне бы тоже пострелять, хоть по десять выстрелов на орудие сделать, среди моих людей есть необстрелянные.

Волков молчал, смотрел на Пруффа чуть прищурившись, прикидывая, сколько один выстрел полукартауны будет ему стоить. Да уж… Два совка пороха… это… это почти ведро. А ведро – десятая часть бочонка. Дорого, однако, будет пострелять артиллеристам. Бахнет один раз Пруфф из полукартауны – и два талера вдаль дымом белым полетят. И это еще не считая картечи и ядер – вместе с ними вдаль еще полталера-талер улетят.

А артиллерист, думая, что начальство колеблется, продолжал уговаривать:

— Порох, говорят, это новый, совсем иной, хочу посмотреть, как далеко он ядро толкнет, как картечь мелкую, картечь крупную кидать будет. Надобно пострелять, посмотреть, посчитать, таблицы новые нарисовать.

— Да, порох действительно новый, – наконец согласился кавалер. Порох просеянный, порох другой. Об этом ему говорил Роха, но кавалер понимал, что лучше пушкарям учиться сейчас, чем потом, во время боя. – Капитан-лейтенант, закупите еще пороха и для учения пушкарей. Господину капитану Пруффу и его людям надобно приноровиться к новому пороху. Хватит у вас денег?

— Денег хватит, я потом вам подготовлю отчет по тратам, господин полковник, – отвечал Брюнхвальд.

Волков кивал, а Брюнхвальд продолжал:

— У господина ротмистра Джентиле сто сорок семь арбалетчиков. – Капитан-лейтенант опять склонился к Волкову и снова заговорил тихо: – Но мне сдается, что меньше, и сержантов у него что-то уж больно много. – Он снова повысил голос: – При пятнадцати сержантах.

В южных войнах завышение было обычным приемом, чтобы получать большее жалованье. Офицеры завышали перед нанимателем свои порядки, также завышали количество сержантов и опытных высокооплачиваемых бойцов. Начни Волков ходить да пересчитывать всех людей Джентиле по головам, трех-четырех людей не досчитался бы. И бог бы с ними, но он сам являлся арбалетчиком и знал, что в арбалетчиках сержантов много не нужно.

— Господин Джентиле, – позвал кавалер.