Книга Плохая война, страница 131 – Борис Конофальский

— Смотреть на тебя, дурака, тошно, – сказал Волков зло, махнул рукой. – Горбатого могила исправит.

— Так чего же… Так непросто мне там было, – оправдывался Сыч.

— В кабаке дрался?

— С кабацкими я бы управился, – заявлял Фриц Ламме с апломбом.

— Так кто же тебя бил?

— Господа били.

— Что за господа? Ну, чего тянешь, рассказывай, – раздражается кавалер.

— Ну, господа из свиты барона.

— За что?

— Ну, дело было так. Остановился в той харчевне, что в миле от замка барона, – начал Сыч. – Ну, все чин по чину, торгуем с мужичками, мы ж вроде как купцы, торгуем, значит, пиво пьем. Два дня так. И я все спрашиваю и спрашиваю у всех, как, мол, дела тут, каков урожай был, не злой ли господин. В общем, говорю с ними, но вижу, что мужичье ничего толком не знает. Думаю, нужно выяснить про доктора. А как? Вот и придумали мы с Ежом. Лег я в покоях для гостей, вроде как животом маюсь, Еж побежал к трактирщику, мол, зови врача! Тот отвечает, что за врачом нужно в Ольвиц или Мален ехать. Ну, Еж ему и говорит: ты в замок кого-нибудь пошли, там врач должен быть. Скажи ему, что талер дадим, если придет. Ну, он и послал мальчонку. Тот приходит обратно и говорит, что в замке никакого врача нет.

— Как же нет, барон при смерти лежит, врач при нем безотлучно был, – не верит Волков. – Мне о том дядя барона говорил.

— Что вам какой дядя говорил, я не знаю, а вот то, что никакого доктора в замке нет, это я знаю точно.

Волков молча ждет пояснений, Сыч и продолжает:

— Полежал я еще денек, и поехали мы с Ежом по окрестностям, стали мужиков местных спрашивать. Никто не знает, что в замке творится. Пришлось через пару дней к замку ехать. Вот, значит… И нашли мы мужичонку одного, что дрова в замок возил.

Мужичонка жадненький был. Поговорили с ним, мол, есть доктор в замке или нет. Он говорит: не знаю, меня на верх особо не пускают, мое дело – дрова. Посулили мы ему полталера, если он нам доктора найдет. Сказал ему, что болею, а в замке, говорят, какой-то доктор хороший есть, найди его, денег тебе дам. А мы тебя в трактире будем ждать, только ты никому о деле не говори. Он говорит: лады.

И полдня не прошло, как влетают в кабак четыре благородных варнака – и ко мне. Ты, спрашивают, тот купчишка, что врача искал? Я и ответить не успел, как один из них, конь глупый, как даст мне в глаз. Чего, орут, сволочь, тут вынюхиваешь? И как начали меня возить по полу, да пинают всё, пинают, еле под столом спрятался. А один подлец уже кочергу из камина тащит. Другой нож достал. Я думал, убьют уже. Ну, тут Еж и крикнул: «Стойте, господа, мы люди господина фон Эшбахта». Так, не поверите, сразу поутихли ублюдки…

— Тише, мерзавец, не смей хаять благородных, – остановил его кавалер. – Дальше говори, что было.

— Ну, дальше они били нас уже не так рьяно, но все били и выспрашивали, зачем мы там, да послали ли вы нас туда, или мы сами заявились к ним.

— И ты что?

— Что-что, сказал все как есть, чего же мне, умирать нужно было? А потом они говорят, чтобы мы, псы-ищейки, убирались прочь. – Он чуть помолчал и прибавил: – И деньги у нас все, что были, отобрали.

Волков вздохнул было, задумался. Но Сыч продолжил:

— Так вот, мы потом мужика того, истопника-то, встретили.

— И?

— Так он нам и сказал, что обошел весь замок, всех опросил слуг, но никакого доктора в замке барона не нашел и никто не помнит, когда он там был. Говорит, ходил спрашивал, пока какой-то господин не стал интересоваться, почему он доктора ищет.