Книга Выбор мудрых, страница 109 – Андрей Рымин

В три прыжка Кабан залетел наверх. Гвар уже тоже дрался. В черном клубке, прокатившемся мимо него к дну расщелины, распознать своего союзника шансов не было никаких. Где же третий урод?

Глаза! Желтые точки зажглись на вершине самой высокой глыбы – и как только забрался туда?

Демон прыгнул. Черная тень в темноте. Кабаз бросился вниз, но не внутрь «гнезда», где и без него стало тесно, а сразу на склон. Под ногами поехали мелкие камушки – устоять шансов нет. Шлепнулся на пятую точку. Вскочил. Нож в руке. В другой одолженный у Гвара шип-рог. Где он?

Рядом с шумом ударилось о щебенку тяжелое тело. Бежать? Хрен тебе! Кабаз кинулся на шевелящееся во мраке пятно. Пока не встал, пока принимает его за добычу…

Ярость, сравнимая с той, что позволила в свое время рвать Чажанов руками, овладела последним из Кабанов. В одно мгновение он вспомнил поселок Орлов, пшеничное поле Райхов, остров, Лисека, Ингу, родных.

Нож и шип одновременно вошли в шею демона. Тот даже не успел клацнуть пастью. Вся нечеловеческая сила Джарха ничего не стоила против скорости маленького мягкотелого воина. Кабаз дико захохотал.

— Съел, урод!

Со смертью демона кровавая пелена разом схлынула. В голове прояснилось. Парень выдернул оружие из мгновенно издохшего нелюдя и бросился обратно на камни. Нужно помочь Гвару!

Прыжок, еще прыжок. Вот и край. Внизу на удивление тихо – слабые звуки борьбы и шипящие стоны. А, была не была!

Кабаз съехал на заднице прямо в центр расщелины – времени на более осторожный спуск нет. Ногу тут же схватила когтистая лапа. Схватила и сразу разжалась – это демон с копьем Кабана в животе потратил последние силы на бессмысленное движение. Парень резким ударом вогнал шип в желтый глаз и переступил через труп.

Теперь к черному вяло-подергивающемуся клубку. Кто из них Гвар? Демоны еле живы. Тела обоих покрыты скользкими подтеками крови. У одного торчит рог из бока, у другого из вспоротого брюха вывалились кишки. Оба впились друг в друга пастями и когтями – лежат и шипят сквозь сжатые челюсти. Кто здесь при капюшоне? Ага.

Кабаз несколькими быстрыми ударами добил чернюка и ножом разжал ему пасть. Гвар же сам разомкнул челюсти, но на большее сил у него не хватило. Кабану пришлось осторожно растаскивать нелюдей, придерживая выпадающие из раны продолжающего цепляться за жизнь Босха потроха.

— Ррекха, – слабо простонал Гвар, когда парень аккуратно уложил его на спину. – Пхосследняя ррекха, чштхо мы перрепхлыть. Иди пхо течшению до больжшой ррекхи. Пхотом фдоль нхеё. Тхам будет больжшой кхамень-дом ф фоде. Мхаррсса там, у Рранхи. Детхи Мхаррсса. Дфа детхи. Дрружг фоин, Дружг сспхррави…

Последний выдох вырвался вместе с остатками жизни из пасти демона, и Кабаз привычно остался один среди трупов. В одиночестве, но с новой целью, с надеждой и с вновь обретенным смыслом существования. Он не последний! Не последний человек! Есть еще!

— Чисто, – соскользнул по ступеням в полумрак хода Ралат. – Можно выходить.

Первым, увлекая за собой своего господина, наверх полез успевший погасить факел здоровяк-Стив. Ножны с воистину огромным мечом, висевшие на поясе воина застучали по каменным плитам. Шагавший позади него Волк тяжело вздохнул – предлагали же этому дурню оставить ненужную железяку. Не хочет балбес. Не понимает, что против зарбаговых тварей меч – не лучшее оружие. Ладно весь ножами обвешался, ладно арбалет на спине, но ножны длиною с ногу… Как он только бегать с ними собрался, вояка дворцовый?