Книга Слёзы Цернунна, страница 56 – Ален Т. Пюиссегюр

«А я-то считал совцов отвратительными чудовищами…»– со стыдом думал кот.

— Я непременно передам кругу Сумрачного леса наилучшие пожелания от вас, – пообещал Ир-Хиз.

Он уже собрался уходить, но вдруг передумал.

— Коты замка Каслкотц! Наш мир меняется на глазах. Мы все это чувствуем. Берегите себя и готовьтесь к худшему.

Мелькнула белая молния, и он исчез в лесной чаще. Задрожала земля, затрещали ветви, совцы последовали за ним.

Ковена в жизни постигло множество неудач. Год за годом он всё больше убеждался в том, что кот-туполап, покрытый чешуёй, от рождения обречён стать неудачником. Невезение, будто проклятие, смолой прилипло к его шерсти. Других средств, кроме настойчивого трудолюбия, против него он не нашёл.

Ничего, кроме отчаянного упорства.

Большинство жителей деревни, включая его родителей, считали Ковена невыносимым упрямцем. Однако без упрямства кот-метис ни за что не добился бы редких, дорого доставшихся успехов и достижений. Не изобрёл бы и не смастерил торбоход, не покинул бы ферму, не поступил бы в престижную школу замка Каслкотц.

Неудачи побороли бы его и растоптали.

Но иногда одержимости и усердия недостаточно. Тщетность усилий всегда вызывала у Ковена особенно горькое разочарование. Вот и теперь, когда магическая связь с Зародышем никак не налаживалась, кот страдал и бесился. На следующем уроке магии и волшебства все школяры значительно продвинулись, он один топтался на месте. И не мог с этим смириться.

Сколько бы ни старался Черномордик утешить его и подбодрить, досада постоянно грызла его и не отпускала.

И вот в полдень в столовой во время обеда он отважился подойти к Аннук, своему ментору, и попросить у неё помощи. Та сразу, без раздумий и возражений, согласилась.

«Надеюсь, я не злоупотребляю её добротой. А вдруг она решит, что я абсолютно безнадежён, и пожалеет о том, что её назначили моим ментором?»

«Хватит тревожиться и выдумывать ужасы. Уверен, она тебе поможет, и всё образуется. Судя по всему, Аннук очень милая», – ответил Черномордик.

Они осматривали коридоры на четвёртом этаже в поисках портала, ведущего в солярий, куда абиссинская кошечка пригласила его для беседы. Ковен ещё ни разу там не был и очень хотел узнать, как выглядит солярий зимой, и вообще, на что он похож.

Внезапно за углом что-то угрожающе заскрипело. Кот от неожиданности подпрыгнул.

«Как нарочно! Замок Каслкотц не перестаёт меня пугать!»– рассердился он.

«А может, замок тут ни при чём? Ты просто с некоторых пор тени своей боишься», – поддразнил его Черномордик.

«Скучаю по временам, когда ты двух слов связать не мог. И не делай вид, будто сам не испугался. У тебя вон шар дрожит и вода булькает».

Зародыш окропил ему лоб, однако страх не прошёл.

— Кто там притаился? А ну, выходи! – он хотел крикнуть грозно, однако голос предательски задрожал.

Послышался жуткий скрежет, и у кота вся шерсть встала дыбом.

— Меня зовут Марсели, – произнёс глухой хриплый голос.

Ковен где-то уже слышал это имя. Кот подкрался на цыпочках и осторожно заглянул за угол. На полу лежал обездвиженный автоматон.

— Что с вами случилось? – спросил Ковен участливо.

— Я застрял. И некому помочь. Тут никто не проходил всё это время, – в металлическом лязге слышались слёзы.

Автоматон горестно покачал деревянной головой с латунными накладками, издав ужасный скрип. Толстый слой пыли покрывал его туловище, а также замершие руки и ноги.