Книга Иномирье просыпается, страница 32 – Ален Т. Пюиссегюр

Ковен чуть не рухнул на пол. Ушам своим не поверил. Никто и никогда не рассказывал ему о четвёртом испытании! Изумлённый ропот пробежал в толпе соискателей. Даже Брайна ничего не слышала об этом, даже она открыла пасть от удивления. А потом шепнула ему, явно раздосадованная своей неосведомлённостью:

— В замке неплохо хранят секреты.

— Объявляю всем, кто жался у дверей и пытался сбежать: вы исключены! – ледяной тон Говарда вызвал в толпе новую волну ропота. – Мы сотрём из вашей памяти четвёртое испытание перед тем, как вы покинете замок. Будущие соискатели не должны узнать нашу тайну.

Ковен посмотрел на Брайну с глубокой благодарностью. Если бы не она, его бы непременно исключили!

Когда массивные двери закрылись за последним бедолагой, Ксантос одним изящным прыжком спустился с галереи вниз. Их осталось всего два десятка.

— Следуйте за мной, – звучный голос тигра пронёсся эхом по залу. – Скоро вы станете настоящими школярами Каслкотц.

Будущие школяры, счастливые и оробевшие, миновали большой зал, открыли дверь напротив главного входа и оказались в длинном коридоре.

Ксантос возглавлял процессию.

— Всем вам предстоит обряд посвящения, – мягко прозвучал приятный баритон тигра. – Прошу вас всех сейчас молча поразмыслить о том, что именно привело вас в замок Каслкотц. Загляните в себя, прислушайтесь к своему сердцу.

Все замедлили шаг, погрузившись в раздумья. Только Ковен никак не мог успокоиться.

— Что за обряд посвящения? – взволнованным шёпотом спросил он у Брайны.

Любопытство победило страх перед наставником.

— О нём мне известно не больше твоего, – призналась кошка, разглядывая прекрасные витражи, мимо которых они все шли.

Все любовались ими. Они сияли, переливались яркими красками, хотя окон здесь не было: коридор вёл их посреди покоев вглубь замка. Разноцветные блики ложились на мягкий ковёр гранатового цвета. Наверное, за витражами прятался таинственный магический источник света.

Кусочки стекла всевозможных оттенков, спаянные на металлических профилях, складывались в аллегорические картины и мистерии. На одной кот-зодчий рассматривал макет замка, а над ним сияли звёзды. На другой кот-маг сражался с бурей, превратившей орнамент в смерч и грозившей всё уничтожить.

Ювелирное мастерство знатоков механиматики в сочетании с колдовством оживило витражных персонажей и пейзажи. Коты безмятежно помахивали хвостами, звёзды странствовали по небесному своду, важно плыли круглые тучки, проливая серебряные нити дождя.

— Как думаешь, какой смысл вложил в них художник?

— Стану много думать – потеряю сознание и умру! Я от голода саму себя проглотить готова!

Редкий случай, когда Ковен с ней согласился и не считал, что Брайна преувеличивает. За время испытаний, то есть с самого утра, они не съели ни кусочка. Желудок с горя сжался в комок и отчаянно просил пищи, громко урчал и бурчал на все лады.

— Неужели они нас не…

— Тишина! – негромко, но очень грозно рыкнул Ксантос, не оборачиваясь.

Брайна сверлила спину наставника яростным взглядом. Ковен даже испугался: ещё набросится на тигра и вопьётся сзади в шею. К счастью, он боялся зря. Кошка ещё не совсем потеряла рассудок от голода и не желала расставаться с жизнью.

Наконец все умолкли и сосредоточились. Даже Ковен исполнил волю учителя и задумался о том, зачем же он здесь оказался.