Книга Иномирье просыпается, страница 54 – Ален Т. Пюиссегюр

«Не могу же я отказаться, – подумал он. – Наверное, только мама так пристально изучала мой живот».

— Потрясающие чешуйки! Тебе повезло, школяр!

— Вы так считаете?

— Они мне помогут осуществить кое-что, над чем я тут размышляю. А ты лежи смирно, не шевелись, и главное – не разговаривай. Не отвлекай меня.

Ковен быстро сообразил, что Эркенбальда подразумевала странную штуковину под чехлом. Она то и дело заговаривала о ней.

— А что там такое? – отважился он спросить.

— Не могу рассказывать. Секретная информация. Скажу одно: задание крайней важности. Даже представить себе не могу, кто мог украсть одну важную деталь. Если это подмастерья, ух и достанется им на орехи! Я их в порошок сотру и на цепи намотаю!

— А как же орден Благого Знания?

— Разумеется, я сообщила магистрам о происшествии. Но они тоже не знают, как поймать вора. Видишь ли, утащили вещь вполне безобидную, вот они и не волнуются. Однако на неё ушли долгие часы работы, и мне не хотелось бы начинать всё заново. Ну и конечно, немалые средства потрачены впустую.

«Хр… хр…»

В сознании Ковена пробудилось воспоминание. Левый клык показался из-под губы в знак напряжённого размышления. Что если кражу совершил гарваф?

— О чём ты подумал?

— Я?

— Наслушался глупой болтовни по коридорам? Разговоров о гарвафе. И теперь решил, что это он похитил мою деталь?

Ковен нервно сглотнул.

«Она что, умеет читать мысли?»

— Нам о гарвафе один подмастерье рассказал после случая во время третьего испытания.

— После нападения бородачаров? Подмастерья любят пофантазировать. В голове одни выдумки. Лучше бы делом занялись. У них ведь забот полон рот!

— Значит, вы не верите, что это гарваф?

— Нет. Во-первых, не понимаю, зачем гарвафу будоражить пернатых, а во-вторых, мои изобретения ему до клампочки.

В воздухе повеяло тайной.

Ковен мог бы рассказать, как видел скользкую тварь – или ему показалось, что видел, потому что он уже начал в себе сомневаться, – однако почувствовал, что наставница ему не поверит. А прослыть с первой встречи фантазёром ему не хотелось.

— И запомни, этого разговора не было!

— Почему?

— Магистры запретили наставникам обсуждать все эти происшествия с учениками, так что держи рот на замке, не то шкуру спущу и сделаю из неё половичок.

Ковен часто закивал в знак согласия.

Больше Эркебальда не произнесла ни одного лишнего слова, а только давала указания:

— Протяни лапу. Теперь другую. Ляг на спину. Свернись клубком.

Сама она что-то пристёгивала и прилаживала.

Не меньше трёх часов Ковен провёл в мастерской и не скучал ни единой секунды. Он чувствовал себя здесь как дома. Ему не терпелось, чтобы начались занятия по механиматике. Тогда он всем покажет, на что способен.

— Порядок, – наконец объявила Эркенбальда.

На столе лежали остатки проволоки, провода, щепки, куски металла. На полу горой валялись опилки и обрывки. Среди них бродила механическая Мигдалла, приподнимая членистые ноги и гоняя шарик, как малый котёнок.

Ковен торжественно выпрямился, чувствуя прилив благодарности и волнения.

— Ты чего вытянулся, будто аршин проглотил?! – пихнула его в бок наставница, которой не терпелось увидеть свою работу в действии. – Механизм оживёт, только когда ты будешь шевелить лапами.

Ковен взглянул на них и не поверил собственным глазам.