Книга Стражи восемнадцати районов, страница 166 – Антонина Крейн

Юми смотрел на меня с трепетом, как на какого-то проповедника.

— Ты не предал его, апринял его дар,– с нажимом сказал я. – И не отказывайся от этого дара. Понял?

Русал судорожно вздохнул. А потом кивнул:

— Да.

Голос у него слегка осип после плача, но даже так звучал мелодично, словно звон колокольчика на заре. А глаза – снова сияли в обрамлении темно-синих ресниц.

Этот парень быстро воспрянул.

Я же чувствовал себя изможденным. Мне казалось, сказанное прошло через меня, оставив болящие, как после тренировки, мышцы. Я бы с удовольствием объявил: «С вас пять тысяч и булочка за успешный психологический сеанс», но моя работа еще не была окончена.

— Ты сказал, что предал Юхана Сигварда дважды, – напомнил я, мысленно готовясь ко второму раунду. – С первым разобрались. Что было вторым?

Я боялся, что русал снова разрыдается. Но, видимо, самое болезненное мы проговорили. Вырвали с корнем; теперь оставались только поверхностные работы.

— Второй раз был недавно. – Юми шмыгнул носом и снова стал заплетать волосы в косы. – Я рассказал своему другу, как призвать призрачный корабль.

Оказалось, для этого не обязательно быть мной и уметь зачаровывать проклятых.

Вызвать капитана на разговор можно было, проведя ритуал с участием тринадцати куриц, пентаграммы и несметного количества свечей. Сигвард научил Юми этому ритуалу, чтобы тот всегда мог найти его. «Но просто так не смей тревожить мой покой», – добавил он.

Русал ни разу не воспользовался ритуалом. Но рассказал о нем своему другу – вместе с информацией о том, что среди сокровищ волхвов имелась некая Маска Предателя.

Почудилось, что отражение моего лица в воде вот-вот превратится в морду охотничьего пса. Так вот что чувствуют сыщики, напавшие на след!

— Твоего друга зовут Танасий? – сурово спросил я.

Русал скорчил извиняющуюся рожу. Понятно без слов, что да.

— Зачем ему Маска Предателя?

— Я не буду рассказывать тебе о нем, Женя, не проси! – Юми зашлепал хвостом по воде и замахал руками, поднимая тучу брызг. – Я же знаю, что ты передашь все господину Айземанну, а тот – астиномам! Я не хочу, чтобы Танасий оказался в тюрьме, и точно не буду способствовать этому!

— Но ты же понимаешь, что он преступник? – Я снова сел со скрещенными ногами.

— У всех свои недостатки! – выпалил Юми, и в его голосе прозвучала неожиданная твердость, даже вызов.

Мне не хотелось давить на больное, однако я все же нахмурился:

— А еще ты говоришь, что предал Сигварда, когда направил к нему Танасия. Значит, ты понимал, что демон обманет капитана, верно? Почему… почему тогда ты все равно сделал это?

Губы у русала задрожали. Он обнял себя руками.

— Потому что Танасий мой друг, ясно? – выдохнул он долгие полминуты спустя. – И он… он не обманывал капитана! Я называю свой поступок предательством, потому что выдал Смертину тайный способ призвать корабль и рассказал про маску. Но об обмане речи не шло!

Юми даже не заметил, как проговорился.

Смертин, значит.

Получается, полное имя нашего зеленоволосого демона – Танасий Смертин. Нужно будет сообщить об этом в Чертоги.

— Значит, Танасий обманул и тебя тоже? – спросил я, чувствуя, как буквально вгоняю этим вопросом нож в доброе и наивное сердце Юми.

Тот неожиданно сердито плеснул в меня водой.

— Нет! У него просто не получилось исполнить просьбу о фотографиях, ясно?! Он собирался сделать это, но не смог!