Книга Стражи восемнадцати районов, страница 40 – Антонина Крейн

— Нет, – Инга отмахнулась. – Он хороший дядька, занимается поиском ценностей, национализированных или похищенных во время советского периода… В документах отмечено, что на момент возвращения зеркало фонило остаточной магией, но мои колдуны не засекли в нем присутствия никаких сущностей. Плюс, когда Феликс сказал, что вы придете, я проверила историю артефакта за последние пятьдесят лет – так вот, никаких происшествий.

— Как же так? Когда-то зеркало было опасным, затем перестало таковым быть, а теперь – снова заставляет людей пропадать?

— Такое вполне возможно, – сказала Инга и подлила мне еще чая.

Я мысленно вздохнул. Чай мне не нравился. На вкус напоминал кедровые орешки и был совсем не крепкий, будто вода. Но мне нравилась Инга, и я не хотел расстраивать ее отказом – поэтому потихоньку пил, надеясь, что мне не предложат еще. Увы. Инга была заботливой хозяйкой.

— Дело в том, что такие старые артефакты, как зеркало Дракулы, бывают тесно связаны с местами своего пребывания. Может, вы слышали фразу: «Время накапливает память, место накапливает энергию»?

— М-м-м, признаться, нет.

— Это из йоги. Обычно ее говорят, поощряя учеников практиковаться в одно и то же время и желательно на одном и том же месте: так эффект от занятий становится сильнее. Идея подходит и для магии. Вполне может быть, что зеркало Дракулы, долгое время висевшее в особняке Брусницыных, научилось питаться и его силой тоже. Когда его увезли оттуда, оно потеряло значительную часть энергии. Остатков хватило на то, чтобы съесть директора завода, но потом, видимо, зеркало – или, точнее, обитающее в нем существо – уснуло. Настолько крепко, что мои ребята не смогли его почувствовать. А возвращение в особняк вновь пробудило его… и его аппетит. Тут можно привести еще одну поговорку. «Дома и стены помогают», – задумчиво добавила она.

— Ее я знаю, – улыбнулся я.

— Что вы планируете делать с зеркалом? – спросила Инга, когда я поблагодарил ее за помощь.

— Уничтожить его обитателя, – ответил я и только потом понял, что это, возможно, был ответ, не соответствующий принятым в магическом мире правилам.

Может, для проклятых есть тюрьма или что-то вроде того? А я только что расписался в кровожадных наклонностях?

По моему вытянувшемуся лицу Инга явно поняла, что я погряз в сомнениях.

— Если житель зеркала – проклятый, то это единственно верный план, – подтвердила она.

— А как я пойму, что он проклятый? – уточнил я.

Вопрос был наивный, но что поделать: я новичок. И лучше все вокруг обсмеют меня за глупость, чем я упущу что-то важное.

Инга улыбнулась. Сережка-кисть с бубенчиком игриво звякнула. Серьга во втором ухе была похожа на монетку с какими-то загадочными символами.

— Думаю, вы справитесь. У вас ведь не возникало сомнений в чудовищности Деворатора и тех тварей, что нагрянули к вам на концерт в Москве?

Я вскинул брови, пораженный ее осведомленностью.

— Вы уже стали популярны в Ордене Небесных Чертогов, Женя, – пояснила ведьма. – На собрании, которое провели для оценки последней Ночи Древних, только о вас все и шептались. Феликс так злился на этих сплетников, что мне пришло опоить его до безобразия, лишь бы он поскорее уснул. А-ха-ха, Женя, не смотрите на меня так испуганно! Считайте, я там всех спасла. Потому что еще бы чуть-чуть – и Феликс бы полез бить людям лица. Такой бардак, в свою очередь, взбесил бы моего брата – в итоге у нас была бы пара дюжин бездыханных колдунов и куча общипанных ангелов. Совсем не так должна заканчиваться пятничная пьянка… кхм, в смысле, собрание с коллегами.