Книга Лесная обитель, страница 82 – Мэрион Зиммер Брэдли

— Мне известно достаточно, – начала было Диэда, но Кейлин резко оборвала ее:

— Тише, нас услышат. И Эйлан, верно, уже не на шутку озадачена…

Лицо Диэды смягчилось.

— И то верно. Хорошо же мы ее встречаем – вздорной перебранкой! – Она подошла и обняла Эйлан. Девушка благоразумно не стала возражать – иначе, того гляди, Диэда заспорит снова.

В этот самый миг дверь во внутренний покой отворилась – и перед ними предстала Лианнон.

— Дети мои, вы ссоритесь?

— Конечно нет, матушка, – поспешно заверила Кейлин. Спустя мгновение откликнулась и Диэда:

— Нет, Святая матерь, как можно; мы просто поприветствовали новую послушницу.

— Ах, да; о том, что к нам едет Эйлан, я слышала, – промолвила Лианнон и обратила взгляд на девушку, молча стоявшую между Кейлин и Диэдой. Сердце у Эйлан неистово заколотилось; она робко подняла глаза на женщину, которую до того видела в обличье богини у костров Белтайна.

— Значит, ты и есть Эйлан? – Голос Лианнон звучал певуче, но тонко и надломленно, как если бы на протяжении стольких лет веща́я от имени Великой Богини, он утратил часть своей силы. – Да, верно; ты очень похожа на Диэду; наверное, тебе уже надоело это слышать! Однако надо будет придумать, как различать вас здесь, в святилище. – Верховная жрица улыбнулась, и Эйлан вдруг захлестнуло странное желание защитить ее и поддержать.

Лианнон протянула Эйлан руку – та все еще смущенно мялась у двери.

— Входи, дитя. Твои отец и дед здесь, с нами. – Эйлан подумала про себя, что в том нет ничего удивительного – ведь отец сам привез ее сюда. Значит, он живет вместе со жрецами?

Лианнон ласково взяла Эйлан под локоть и повела за собой, нежным голосом окликнув двух жриц постарше:

— И вы тоже входите. Вы обе тут понадобитесь.

Внутренний покой показался девушке совсем маленьким – возможно, потому, что там собралось так много людей. В середине комнаты стояла жаровня; над тлеющими душистыми травами курился дым. От этого аромата у Эйлан закружилась голова. Не то из-за благовоний, не то из-за тесноты девушке на мгновение почудилось, что она задыхается.

Затем предметы вновь обрели четкость, и она увидела отца. За последний месяц лицо его осунулось от горя; он выглядел немногим моложе Арданоса.

Архидруид, подбрасывавший что-то в огонь, поднял глаза на женщин:

— Вот мы все и собрались. И я опять запутался: кто из вас кто?

Эйлан молчала, ожидая, что ответит кто-то из старших. А Диэда без тени смущения заявила:

— Нас распознать нетрудно, отец. Эйлан еще не переоделась в платье жрицы.

— Вот, значит, как мне предлагается отличать дочку от внучки! Что ж, наверное, здесь просто слишком дымно. И все-таки, как по мне, уж слишком они похожи друг на друга – мне прямо не по себе делается, – отрывисто бросил престарелый друид. – Эйлан, ты приехала в невеселую пору: нам нужно призвать Кинрика на наш совет, и поскольку вы росли с ним вместе, как брат и сестра, твоя помощь придется очень кстати. Кейлин, ты готова?

— Если таково желание Лианнон, – негромко ответила жрица.

— Да, таково мое желание, – подтвердила Лианнон. – Что бы из этого ни вышло, Кинрику должно знать о смерти своей приемной матери и об этих новых злодеяниях. Римляне не единственные наши враги…

— Может, скажешь об этом Майри, отец? – процедила Диэда сквозь зубы.