Книга Фронтир, страница 237 – Яков Литвинов

— Странно слышать такое от дворянина, лорд.

— Дворянство, рынок – это всё неизбежности. Естественный процесс, который нужно преодолеть. А для этого надо его ускорять.

— И что будет дальше?

— Счастье даром и для всех, – ухмыльнулся Валлерстайн.

— Было бы неплохо…

Луций поражался тому, сколько денег могла стоить вся эта роскошь и как много людей надо обобрать, чтобы всё это воплотить. Разве можно достичь еще чего-то большего? Но всё равно в эту картину прекрасного не укладываются бедняки в их трущобах.

— Мы так многому можем у них научиться.

— Мы уже учимся, милорд. Поезд, огнестрельное оружие, взрывчатка, паровые машины, сейчас прокладывается телеграф. Просто нельзя взять всё и сразу. У нас не хватает ни опыта, ни ресурсов. Я даже не уверен, что у нас найдется всё необходимое для некоторых технологий. По крайней мере, некоторые болезни, которые они смогли победить, нам пока не удается и я не знаю, как это исправить.

— Элиза…

— Верно, милорд. Человеческие лекарства от чахотки нам не подходят, а свои создать пока не выходит.

— Но вы же не сдаетесь?

— Конечно. Но главный враг тут снова время.

— Похоже, лорд, у вас в этой жизни и нет других врагов, кроме самого времени. Все остальные слишком мелки для вас.

— Приятно слышать лесть от вас, милорд, хотя мы оба знаем, что победитель в этой схватке предрешен. Я могу делать лишь то немногое, что от меня зависит, – ускорять процессы, насколько это возможно. Но я один.

— Быть может, ненадолго… – Луций впервые загорелся идеей попробовать себя в качестве правителя. Если воплотить в Круге лорда Ронове все достижения лорда Валлерстайна, то это может стать началом развития для всего Пандемония. Может, даже остановить восстания. – Скажите, лорд, а в этом мире страны тоже страдают от восстаний мятежных владык?

— Нет. В этом мире нет стран, которые поделены на владения разных лордов. Когда-то давно в их истории тоже было такое время, но оно давно прошло.

— И как они справились?

— Война. Короли захватывали владения прочих лордов, пока королевский домен не становился целой страной. Вассалов заменили чиновниками, а споры решались в парламентах.

— Война… А без войны никак?

— Не думаю, милорд. Какой владыка захочет добровольно отдать власть?

— Оставить ему его полномочия пожизненно?

— Кого-то это устроит. Кого-то – всё равно нет. Власть в стране надо строить не на кучке знати, а на простом народе.

— Новая линия?

— Не совсем. Конечно, Новая линия – это простолюдины, которые добились состояния и благополучия, но они всё равно будут тяготеть к положению лордов, тяготеть к использованию тех, кто беднее и слабее. Но их всё равно можно использовать, как раз из-за их стремлений. Новая линия должна свергнуть лордов, а простые люди – свергнуть Новую линию.

— Вы пугаете меня, лорд.

— Не пугайтесь, – Валлерстайн улыбнулся своей обезоруживающей улыбкой. – Это просто пересказ истории этого мира. У них нет лордов, и посмотрите, чего они достигли. К сожалению, простой народ всё еще остается угнетенным.

— Неужели у них нет средств, чтобы все жили в тепле и сытости?

— Есть. Но если начать ими делиться, то все достижения и богатства обесценятся. Кто купит хлеб дорого, если потом его отдадут бесплатно? Так они мыслят. Алчность. Этим миром правит алчность.