Книга Самая милая пара, страница 107 – Мэри Кубика

— Разве тебе не интересно, где я ее нашла? – не выдерживаю я.

Лили поднимает голову, смотрит на меня задумчиво.

— Может, в коридоре или в учительской? – В вопросе звучит сомнение, похоже, она уже понимает, что ошиблась. Медленно встает, будто собираясь с силами. Складывает руки на груди и отходит к доске, сохраняя дистанцию. – Нет?

Я качаю головой.

— Нет, Лили. Не там.

Она почти боится спросить, но не сделать этого нельзя – это было бы уж совсем странно.

— Так где же ты ее нашла?

Нетрудно представить мое удивление, когда вчера, вернувшись домой со стоянки автоконфиската, я обыскала машину Джейка. Обыскала, сама не зная, что ищу. Я просто надеялась, что наткнусь на какую-нибудь мелочь, которую пропустила полиция и которая укажет, где он был перед исчезновением. Например, чек из магазина.

Сережка лежала под задним сиденьем, и я не сразу ее узнала. Подумала, что, может быть, моя. В гараже было темно, и я не могла рассмотреть ее как следует. Но потом, выйдя на свет, посмотрела еще раз и вспомнила. Серебряные серьги сами по себе не особенно приметны, но в этой была жемчужина. Эта пара была на первый взгляд самая обычная, но стильная, а минималистичный дизайн привлекал внимание к жемчужине.

Я стояла в гараже и смотрела на сережку с открытым ртом, совершенно огорошенная. Мне вдруг стало трудно дышать, воздух словно сгустился. В голове роились вопросы.

Как она там оказалась?

Как потерянная сережка Лили попала в машину моего мужа?

Я смогла найти только одно разумное объяснение.

Лили была в машине Джейка.

Потому что как иначе ее сережка могла там оказаться?

Я пытаюсь убедить себя, что все не так, как кажется. Может быть, у Лили сломалась машина, и Джейк просто подвез ее.

Но сейчас, когда я задаю прямой вопрос, ее лицо словно застывает. Она запинается, путается в словах и не может сложить пару предложений. Она не способна придумать даже мало-мальски убедительную ложь.

Каждый день – как канун Нового года: смотришь на шар, ждешь, когда он упадет и начнется праздник. Вот только в нашем случае, даже когда шар упадет, никакого праздника не будет. Проведут идентификацию, все узнают, что Джейк мертв, а потом установят и того, кто это сделал.

На опознание требуется немало времени. Возможно, у судмедэксперта дел невпроворот или отпечатки пальцев сложно снять из-за высокой степени разложения трупа. Я вообще не хочу, чтобы его опознали. Но и ожидание невыносимо.

Лили звонит днем, когда я на работе, а она возвращается из школы. Обычно она не звонит мне в офис и предпочитает посылать сообщения, чтобы не отвлекать от дел. Спрашивает, могу ли я говорить, и ждет моего звонка.

Я сижу за столом, отвечаю на письмо клиента, когда раздается звонок. Отвечаю.

— Привет. Все в порядке?

— Она нашла мою сережку, – говорит Лили.

Не сразу, но до меня доходит.

— Ту, что я тебе подарил? – Хорошие новости.

Я часто вспоминаю тот день, когда мы сидели в гостиной, и Лили рассказывала, как Джейк напал на нее. Но сначала она призналась, что потеряла сережку. Прости… я ее потеряла… Бедняжка рыдала так, словно это и впрямь было очень важно.

Лили расстроилась из-за сережки. И я, признаться, тоже, но не так сильно. Это украшение много значило для нее. Для нас обоих. Пять лет брака. Двадцать процентов пар к этому времени уже разводятся. Для нас это было своего рода достижение, повод для гордости.