Книга Призрак поместья Торнхилл, страница 39 – Альва Морис

— Люси! – Я догнал ее в проходе. – Скажите, когда вы вошли, чтобы проверить Уинстона, дверь была открыта или заперта?

— Заперта на ключ, сэр, как и всегда, – недовольно всхлипнула женщина. Я явно мешал ей рыдать и предаваться горю.

— У кого в доме есть ключи?

— У каждого члена семьи своя собственная связка, но в ней нет ключей от чужих спален. Такая только у меня. – Люси откровенно хрюкнула и шумно высморкалась в бумажный платок.

Казалось, после получаса непрерывных страданий ей уже стало плевать на приличия. Меня сложно назвать брюзгой, по долгу службы приходилось сталкиваться с самыми разными человеческими жидкостями в самых любопытных консистенциях и ситуациях. Однако отсутствие элементарных манер неизбежно производило на меня отталкивающее впечатление.

— Можно я уже пойду? – обиженно надула губы Люси.

— Не смею задерживать, мисс Гонсалес. – Я одарил ее напоследок одной из своих фирменных дежурных улыбок и развернулся на пятках.

Стоило мне посмотреть на напарника, прячущего телефон в карман, как где-то в районе солнечного сплетения неприятно заныло. Что-то не так.

— Что там, Кэп?

Губы Мина сжались в тонкую линию, заставляя меня вконец напрячься.

— Говори.

— Адриан, ты только не кипятись!

«Почему от таких слов хочется только психануть или дать в морду, а не успокоиться?»

— В отделе сказали, что Хаус ушел в отпуск. – Японец запнулся, глядя на меня. – В общем, дело возьмет Паркер.

— Че-е-ерт! – жалобно протянул я.

«Неужели было мало двух трупов, одной сумасшедшей Зеленоглазки и бредовых историй про призрака на мою головушку? Бывшую-то зачем сюда втягивать?!»

Лично я придерживался строгой градации в делах, которые берет наше агентство: поиски пропавших подростков – просто, слезно со стороны родителей, бесполезно в плане «он не мог уйти сам, он такой хороший мальчик!», которого в большинстве случаев мы находим в соседнем городе с дозой чего-нибудь, тянущего в лучшем случае на условный срок; криминальные «висяки», что не смогли раскрыть силами полиции, – временами сложно, часто интересно, еще чаще муторно из-за массы процессуальных вопросов и бюрократии.

Дела, которые вела лейтенант Эмили Паркер, обыкновенно значились под грифом «не вскрывать – убьет». Кто и кого убьет – оставалось интригующим вопросом, но, как показал опыт, нам работать вместе было запрещено так же строго, как диабетику есть шоколад. За тем лишь исключением, что меня не спасла бы ни одна инъекция инсулина.

— Адриан, Эмили совершенно спокойно говорила со мной и даже ни разу не назвала тебя «козлом» или «уродом», – осторожно заметил Мин, как будто эти лучики «нежности» должны были меня успокоить.

— О, Мин, ты так наивен с женским полом! И просто не представляешь, на что способна эта дочь Сатаны в обличье беловолосого ангела. – Из меня вырвалась пара сдавленных смешков. В старых романах такой смех назывался «висельным юмором» – приговоренные к казни частенько шутили до утра, чтобы не сойти с ума от ужаса.

— Полиция будет здесь не раньше семи утра. Сказали, что из-за размытых дорог у них проблемы со служебными авто, недалеко от Торнхилла обвал и крупная авария.

— Замечательно! – Я глухо хлопнул в ладоши под недоуменно-осуждающим взглядом напарника. В его картине мира обвал трассы и аварии никак нельзя было окрестить подобным словом. – Значит, у нас есть еще часов пять-шесть на сон. – Ты говорил, что проверял отчеты Ким, есть что-то интересное?