Книга Дочь для магната. Подари мне новую жизнь, страница 42 – Алекса Гранд

— Зачем?

— Мне нужно пространство, мама! — наконец, взрывается Дина и больше не напоминает испуганную светом фар лань. — Я хочу какое-то время побыть одна. Все хорошо обдумать. И принять решение.

— Ты хочешь развестись с мужем?

— Пока не знаю.

Произносит отстраненно Арская. И по тому, как сжимаются ее пальцы на корпусе мобильного и трепещут ноздри, я понимаю, что она врет. Намеренно выторговывает отсрочку и прекрасно осознает, что очень скоро угодит в эпицентр скандала.

Шила в мешке не утаить. Тайное обязательно выплывет наружу.

Но сейчас она к этому не готова. Поэтому в сердцах тапает по кнопке отбоя и с шумом выпускает воздух из легких.

Кайфовая такая в этой своей ярости. Зажигалка.

— Что? — смотрит на меня с вызовом, а я тяну губы в широкой глуповатой улыбке в третий раз за каких-то десять минут.

— Ничего. Мне нравится, как ты злишься.

— Грозовский, ты неисправим.

— А ты все так же зависишь от чужого мнения. И не можешь угомонить мать. Тебе не пять лет и не пятнадцать, чтобы ты благоговейно заглядывала ей в рот и потакала ее желаниям.

Высекаю прямолинейно, не щадя чувств Дины. Потому что в противном случае она никогда не выберется из панциря, к которому прикипела, и так и будет продолжать прятать голову в песок, словно страус.

Вижу, как подрагивают ее руки. Как слезы затуманивают ее глаза. И резко встаю с дивана.

Встряхнуть ее хочу. Вытолкать из этого крутящегося колеса, в котором она застряла. Поэтому дергаю ее резко к себе и впиваюсь в приоткрытые губы. Лишаю ее дыхания. Выбиваю стон из груди. И с силой впечатываю ладони в осиную тонкую талию.

Время загустевает, и мы оба увязаем в нем, словно две мушки, попавшие в мед. Мои пальцы невыносимо медленно скользят вверх вдоль позвоночника, очерчиваю края острых лопаток и надавливают на изящную шею, вынуждая Дину пошатнуться и податься еще ближе ко мне.

Последние миллиметры между нами исчезают, и я отчетливо ощущаю жар девичьей кожи даже через несколько слоев одежды. Пьянею от эйфории, захлестывающей меня от макушки до пяток, подцепляю край джемпера и вдруг ощущаю странную пустоту.

Арская отшатывается от меня, дышит шумно и в сердцах влепляет мне пощечину.

Раскрасневшаяся. Взлохмаченная. Психованная.

Она больше не походит на ледяную статую, и я считаю это своей заслугой.

— Отмерзла, Снежная королева? Давай заканчивай паковать чемоданы, и поехали. Мну тусить в вашем гнездышке не улыбается.

Обвожу комнату красноречивым взглядом и скалюсь, как ни в чем не бывало. Как будто это не я стер границы, проложенные Диной, и нахально переступил через стоп-линии пару минут назад.

Как ни странно, такое мое наглое поведение вкупе с цинизмом прекрасно работает. Арская заканчивает собираться минут за пять. Косится на меня исподлобья. И пыхтит, словно маленький обиженный ежик.

Меня же ее реакция забавляет настолько, что я пребываю в прекрасном настроении всю дорогу до Маруськиной школы и первым выпрыгиваю из автомобиля, чтобы у ворот встретить малышку.

— Привет, принцесса. Давай рюкзак.

— Здравствуйте, дядя Рома. А где мама? И почему вы сегодня за мной приехали?

— А мама ждет нас вон в той машине, — я указываю подбородком на мой внедорожник, припаркованный неподалеку, и вдохновенно лгу крохе, внимательно ловящей каждое мое слово. — У вас дома прорвало трубу, и теперь квартира нуждается в ремонте. Так что вам с мамой придется какое-то время пожить в другом месте, куда я вас и отвезу.