Книга Совратить недотрогу, страница 88 – Юлия Герман

И вот это все могла разрушить какая-то дурь? Нет, я не согласен. Да и проиграл уже я этот чертов спор. Мне даже в голову не пришло, что я могу снять нашу близость. Черт! Да для меня самого эта ночь стала таким откровением и гребаным праздником, что ни один спор мира не способен подарить подобные эмоции.

Оставалось только сообщить об этом парням и перекинуть им на счет бабки. Но это все мелочи. Пока даже думать не хотелось об этом.

Вжался каменным стояком в поясницу Мотылька и улыбнулся, услышав ее стон.

Да, моя девочка. Рядом со мной ты будешь стонать много и часто. А пока… Сжал ладонью пышный холмик груди, зажимая сосок между пальцев, прижимаясь губами к обнаженному плечику.

Какой же кайф начинать день именно так, обнимая единственную желанную девушку. И пусть катится к чертям любой, кто скажет, что лучше пробовать новое. Нахер вся эта новизна не сдалась, когда все все лица и имена смешиваются в единую безликую массу. Нет. То, что между мной и Молениной, невозможно сравнить ни с чем, что у меня было до этого. Чувства, переполняющие меня, сбивали с ног по своей интенсивности. И я понимал, это серьезно. Так серьезно, что дух захватывало.

Провел рукой вниз по плоскому животу, накрывая лобок и сползая пальцами ниже, сразу же отыскав чувствительный холмик. Помнил, что после первого раза у Наты все внутри должно болеть, и не трогал там, хотя очень хотелось. Но не мог остановить себя от того, чтобы доставить ей немного удовольствия хотя бы рукой, без проникновения.

Нажал на чувствительный бугорок, осторожно массируя, и Ната раскинула ноги шире. Чем активнее я массировал клитор, тем тяжелее становилось ее дыхание, а стоны громче, пока она не распахнула веки и не выгнулась дугой от пронесшегося по ее телу наслаждения. Убрал руку с ее промежности, облизывая пальцы и кайфуя от тонкого вкуса. Сладкая, чистая, моя.

Ната замерла, восстанавливая дыхание после оргазма.

— Доброе утро, Мотылек, – поцеловал ее в шею.

— Доброе, – увидел как покраснела смуглая кожа.

Наташа медленно перевернулась на другой бок, так, чтобы оказаться ко мне лицом, и подняла глаза к моим.

— Давно проснулся? —спросила смущенно.

— Давно, – улыбнулся, убирая с ее лица непослушные пряди.

— Почему меня не разбудил?

— Не мог. Слишком сладко спала, – провел подушечкой большого пальца по ее лбу, носу, скулам.

— И ты просто лежал рядом? – смешно нахмурилась, вызывая у меня в груди новый приток нежности.

— Не просто. Любовался тобой, – улыбался, не переставая. Заметил, как она прикусила губку и почувствовал, что сам себе завидую. Не понимал, как мог оторвать такой крупный кусок счастья.

— Теперь можно вставать, – уткнулась лицом мне в грудь, прячась там.

— Зачем? – я был готов растянуть это утро на целую вечность.

— Сегодня пары, – обрушила на меня неприглядную реальность.

Я успел забыть, что существует какой-то внешний мир, кроме нас двоих.

— Плевать. Хочу провести этот день с тобой.

— Ты сам меня ругал за пропуски, – снова подняла лицо ко мне, нахмурившись.

— Блядь, точно, – усмехнулся, вспоминая наши игры в босса и подчиненную. – И ты хочешь поехать?

— Надо, – тяжело вздохнула она, и меня еще сильнее скрутило от желания спрятать ее где-нибудь и никогда не выпускать.

— Хорошо, – наконец-то сдался, вспомнив о том, что у меня чрезвычайно ответственная девушка. Девушка. У меня есть девушка. Впервые. И это, оказвается, охерительно приятно. – Но при одном условии, – сказал серьезно.